Переписка К.К. Кузьминского с В. Лапенковым (2002-2015)

 //с сохранением авторской орфографии и пунктуации//

 

 

2002 - 2003 - 2004 - 2005 - 2006 - 2007 - 2008-2009 - 2010-2011

2012 - 2013 - 2014-2015 - памяти ККК

 

от ККК – новогоднее:

С новым безДарным годом!

love

KKK

 

Атт.:

 

РЕЙТИНГ HOMO SAPIENS ИЛИ ЧТО ЧИТАЮТ В ИНТЕРНЕТЕ:

(о степени популярности Д.Я. Дара и Др. – по ср. с…)

влапенкову

 

Ирина Терентьева. Новый год 1412

Когда я была совсем маленькой, меня поражали новогодние застолья, которые устраивали родители для многочисленной родни, съезжавшейся со всей Казани и иногда даже из деревни Патрикеево.

 

Татьяна Разумовская. "Шедевры Метража" 1229

Последние пять лет жизни в Советском Союзе, вплоть до 1988 года, я проработала младшим научным сотрудником Эрмитажа. Каждый, кому довелось побыть экскурсоводом, знает, что вопросы на экскурсиях бывают удивительные и непредсказуемые. Сейчас, по прошествии многих лет, мне кажется, что они интересны не только сами по себе, но и отражают в каком-то срезе социально-культурное сознание советских людей восьмидесятых годов.

 

Мария Тарасова. Присутствие мужчины 646

 

Опять дальневосточное кафе...
И женщина, а вовсе не путана,
Себя готовит к аутодафе
В разгорячённой койке капитана.

Мне всё равно, кто будет в этот раз,
Кто выползет на берег из пучины -
Я выберу, не поднимая глаз,
Но чувствуя присутствие мужчины.

 

Приморский холод бьётся о стекло.
Тоскливо завывают пароходы...
Он думает, я подарю тепло.
Но я давно не делаю погоды.

 

Георгий Жердев. "я снимал трусики со своей учительницы"  559

Евгений Горный. Чужие слова 557

Линор Горалик 511

Вильям Шекспир. Восемь сонетов 460

Надежда Южанина. Стишки про любовь 442

 

...он будет вечен
         ужасный говорящий сад...
         Б.Л. Пастернак

 

... на сдачу два -
грошовых, медных, пряных,
уверенных в любви,
скользящих дальше
попытки перечислять
то в очередь,
то невпопад:
люблю, любила, буду любить,
возможно "ни-ког-да"...

... как мало
от осени осталось:
цвет воздуха,
звук,
запах
прелых,
пряных,
уверенных в любви,
скользящих дальше...

 

Мария Тарасова. Книга отзывов 401

21.12.03 10:50:47 msk
Ржевский (rjev@email.com)
как всегда не поженски "сильные" стихи и по женски курчавые. Прочёл одним махом. Удачи и с новым годом!

 

Юрий Никитинский. наташки (Попсовые сценки) 347

На сцене стоит широкая кровать, в которой спит невозможной красоты наташка. Рядом с ней лежит Автор. Наташка потягивается и открывает глаза.
Н а т а ш к а (удивленно): Не поняла! Что это ты тут делаешь?
А в т о р: Да вот, думаю, пока мужа нет - дай воспользуюсь.

 

Лада Лузина. Книга отзывов 289

29.12.03 14:38:23 msk
Хелен
Лузина, я вот выдумала дарить твои книги на Новый год друзьям, подругам, приятелям. Накуплю мешок Лузиной, и по гостям, ежели настроение будет правильное. Тебе подарить? (Почти без иронии, в виду отсутствия чувства юмора). А если не будет настроя, спросите Вы? Отвечаю. Тогда оставлю их себе. Буду изображать маниакальное пристрастие к книгам Лады Лузиной.
Поздравляю тебя, Лада, с Новым годом!

 

Евгения Чуприна. Книга отзывов 284

29.12.03 03:57:36 msk
гость
"Видишь, там на горе
Возвышается Крест.
Под ним с десяток соба-ак
Обрели свой покой-ёй..."

 

Семен Лившин. Двести лет, как жизни нет 268

Подражание Александру Солженицыну

На исчерпе двух столетий взаимоемкой жизни с евреями русскому народу, заступчивому всесторонне, пора бы уже простить братьям нашим меньшим их прегрешения. Дать укорот зрелой озверелости - ибо сказано даже столь авторитетным среди единоверцев талмудистом Мойше-Лейбом Пуришкевичем: "Евреи-таки не виноваты в том, что они евреи!".

 

Джон Донн. Любовная лирика 209

Альбер КАМЮ. КАЛИГУЛА 195

Семен Лившин. Литературные пародии 169

Шарль Бодлер. Стихотворения в прозе 148

Роза Неврозова. Из записных книжек Алены Б.:147

Трупочист: знаете, как сложно прочищать трупы, коптящие небо?

 

Елена Мельникова-Григорьева. Байки одного кружка 137

Тартуское культурное подполье 1980-х годов
БАЙКИ ОДНОГО КРУЖКА

Такой жанр, как Mot. Особо славен этим Безродный, но в силу своего эгоцентризма я помню только свои, да и то не все. С Безродным, пожалуй, вспоминается только один довольно маловыразительный эпизод. Мы идем по Питеру где-то в районе Разъезжей и видим ободранную надпись - "Срочное зауживание голенищ". Безродный презрительно хмыкает, на что я начинаю: "Ну не скажи, иногда..." Безродный: "Иногда бывает совершенно необходимо срочно заузить голенища."

……………………………………………………….

 

В.Б. Лапенков, К.К. Кузьминский и Другие. Петля самиздата

(биобиблиотриллер в письмах и документах)  33

Страница открывалась с 17.10.03 140 раз

 

От: VLapenkov <up12s632@omnisp.ru>

Кому: Constantin C. Kuzminsky <kuzminsk@ptd.net>

Тема: pismo

4 января 2004 г.

Дорогой ККК! Сердешно Вас с семьею со всеми праздниками! Я тут неделю не включал компутер: скрутил бронхитер, чуть не сгнил и еще понемногу погниниваю. В минуты редких просветлений почитываю кусочками пописанную Книгу писем. Есть своя сермяжно-запорожская завидная прелесть в вашем делаверском сидении (при-лежании), угрей там давить-коптить и по пицце размазывать... да сирены в баньке гундят... Лепота! Я раз в году тоже забираюсь в карельскую глушь на устатки тещиной дачки поматериться с природой. Друзьев-учеников, правда, нет, также как денег и публикаций, зато есть, как писал Дар, полная свобода. И кстати, о "социалке". Я ведь тоже непонятно на каком "велфере" проживаю: раньше был хотя бы законным кочегаром и трубочистом с нормальным совейским зарплатным пособием, а ныне – на птичьих правах, и оформлен неформально и звать никак, и пособие виртуально. А супружница моя, Римма Владимировна (сестренка вдовы Холоденко, Нины), не меньше Эммы Карловны попахавши: попошила папах и поубиралась в говнах (от Мариинки до новорусских господт...) и в земле понакопала-понаогородила, покуда муженёк свои микроизвестные шедевры пиццерил... А с наследниками у меня тоже не густо: дочка, правда, выучилась на училку (в музшколе) и внучка вроде туда же, но в андеграунде темный лес (со мною, как с единственным пятновыводителем, в плутоновом царстве). А зять вообще необучаемый и поэтому думает, будто все понимает (т.к. и понимать тут, якобы, нечего).

Однако далеко не все и тем богаты. Вот был я в гостях у нашего дражайшего Геннадия. С одной стороны, он, конечно, в сравнении со мною, как бы СУЩЕСТВУЕТ (препод, выездной, жертва абортированного режима, уважаемый массивной женско-голубой частью Европы!), но - с другой - сидит, ждя сигнала, в сингулярной квартирке, разглядывает свое фото-на-эмали, и валидольчик подать ему некому. Эрлюша (у которого был я прошлого году весной) получше - эстетически - упакован (в книгомузоне), и работать ему не приходится, что тоже ценно, но в целом экзистент-ситуация та же. И даже хуже. Лень его, которой он похваляется, несколько плюшкоподобна, а для стороннего наблюдателя может показаться слегка жутковатой: во всяком случае, ходить по квартире его следует след в след за хозяином-следопытом-и-пионером, никуда не сворачивая, чтоб не изваляться в джунглях пыли и грязи. Но это между нами(!)

Что до Вашего неожиданного дивления интернет-человечеству, то тут я более Вам дывлюся: да чего ж Вы ждали-то? Или компутер мозгов прибавляет кому-то?

А ведь наш великий учитель Дар еще четверть столетия тому писал, что читатель во всем мире глуп как гвоздик, ничего, кроме порнухи, не читает, ничего, кроме политических скандалов, не ценит, и один читатель, такой как Дар, ценнее миллионов идиотов-профессоров. Я нахожу сему подтверждения буквально каждый день. Причем, глупый-то гвоздик еще не столь безнадежен, ему еще можно что-то втемяшить (если с безжалостной методичностью долго и больно бить его по мягким местам головы), а вот с профессурой и издателями все гораздо мрачнее. Их болезнь не только неизлечима, но и очень заразна, а научное звание ейное - АПРИОРНОСТЬ. Оне, в отличье от Дара, завсегда заранье все уже знают и решили как надо, вчитываться им без надобности. А вспомните, не бывало ли и у нас с вами подобных постыдных симптомов?..  Белые-красные ладно, но ведь и зеленые, бывает, Нестор Иваныч, пограбливают?..

Нет, не скажите, меня такое отсутствие читательских комментариев только радует и свидетельствует, между прочим, безусловно в ПОЛЬЗУ читателя. Когда один наивный мальчуган подивился БЕСПЛАТНОМУ моему интересу к вопросу шекспировскому, то тем сослужил всем будущим читателям хорошую службу, показав, КАК ПРОСТО и легко выглядеть дураком (экзистенциально). КТО может ПРОФЕССИОНАЛЬНО сказать здесь емкое доказательное слово против моего? Есть и такие! Их очень мало, но - главное - они САМИ  ПИШУТ статьи и книги, ссылаясь в том числе и на меня теперь. И правильно. А остальным следует помалкивать в тряпицу, что УМНЫЕ и делают. Однако - молча читают, и у статьи моей уже где-то к 400-м близится число читателей (странно было бы иметь ТЫСЯЧИ интересующихся тонкостями филологической игры греколатинскими терминами в среднеанглийском языке!). А Самиздат 70-х? Огромная - сравнительно, конечно, ну, во всяком случае, НОРМАЛЬНАЯ популярность – 140 кликов за столь малое время (причем, читателей больше, у того же Эрля нет Инета, ему кто-то дает тексты). Заметьте, коллега: не про пизду, не про хуй, не про пугачиху киркорову, а уже столько бескорыстных читателей! Нет, не всё так безнадежно в виртуальном королевстве. То ли еще будет! Опять же об откликах: КТО в состоянии что-то здесь нам с вами противопоставить, либо нечто сверхумное высказать, когда мы самих зачинателей энциклопудии, людей не самых последних по счету, раком поставили?!. Я доволен.

Меня гораздо больше иные антилликтуализмы пугают. Так и быть, расскажу.

Запустил я еще одну статейку философскую в страстно любимую Вами Звездушку (каюсь-каюсь, виновен зело, но уж больно - Вашими словами - надоел самиздат, коего тоже нету!). Так там вычеркнули из текста два невинных, упомянутых мною с легкой критичностью, имени - Димы Быкова и Вик. Топорова. С чего бы?

Ведь Топоров, доподлинно мне известно, очень жестко, почти вашими же словами поносил братьев-редакторов... С чего бы ему индульгенцию и в именник табуированных? Не дает ответа. Я и так и эдак мозгою раскидывал - глухо.

Однако же поднапрягся, подошел как Агата к Вильяму с большой Пуарой и всё понял, особливо как вспомнил, по какой причине некогда выбросили там же они же из текста моей статьи обвинение некоего ублюдка, писавшего о Даре, в антисемитизме. Смысл обрезания прост как все гениальное: а не надо высовываться! Чтоб не вспомнили! Вот и вся механика. Им не надо помогать, понимаете? Гой, даже самый хороший, всегда только хуже сделает.

Тем не менее, ЭТО мне понятно (теперь) и тысячелетней историей оправдано. Более обиден другой случай из той же консистории. Я прошелся в тексте статьи с легкой концепт-критикой по поводу взглядов профессора А.С. Панарина. "А мы не знаем, кто это такой!" - с легкой обидцей заметили Леша Пурин и еще одна знакомая дама. Ну и что? - подумалось мне. - Зачем обязательно всех знать заранее? Да поверьте мне на слово и дело с концом! Ан нет. Ведь мы самые умные, мы умнее своего читателя, стало быть он тем более не знает.

А раньше у меня сходный был случай в Неве. Статья шекспировская критикует книгу Гилилова, а редакция ее не читала. Один критик (Давыдов) меня защищал: мол, я-то понимаю, о чем там речь. Правильно, отвечали ему остальные, вы и должны понимать, мы вам за это деньги платим. А читатель сам денежку нам отдает и не любит в недоумках сидеть. И выкинули статью.

А тут еще обиднее: двое каких-то мне незнакомых, присутствовавших при разговоре, умника (он и она) особенно напирали на то, чтобы я ДОКАЗАЛ им, зачем им надобно знать, кто такой Панарин, в чем заключается его экзистенциальное оправдание перед Господом?..

И здесь я вижу важное противостояние, касающееся в общем-то всей профессорско-литературной экзистент-ситуации как таковой. А именно: ни Вам, ни им, ни мне вовсе не обязательно ЗНАТЬ ВСЕХ, кто что-то чего-то там где-то в литературных пампасах. Вопрос лишь нельзя ставить так (а профессура наглая именно так это и ставит!): "не обязательно знать" фактически равно "знать не нужно", "раз МЫ не знаем, то и знать там нечего" и т.п. Тут доказывай-не доказывай, бесполезно, а судьи кто?.. Я даже жалею, что вместо иронического полусогласия с их верхоглядством пустился в объяснения, что, мол, проф философии он в МГУ и книг у него уже масса о ситуации глобализма в мире, и в Инете много его и о нем, и евразиец он на сегодня самый разумный, и Солженицын ему свою премию дал... Не треба, они только посмеивались своим древним смехом (хотя сами, рассуждая о какой-то иудейскоправоверной прозе авторши журнала, спрашивали друг у дружки, как правильно - "ребе" или "раби"?). Непременно занесу всю эту историю в дополнение к своим мемуарам, уж больно характерно.

Вот такие дела, Нестор Иваныч, а вы говорите, что читатель бездарный пошел... Не-ет, не читатель плох, а его "Равви"!

Всех благ!

 

From: "VLapenkov" <up12s632@omnisp.ru>
To: "Constantin C. Kuzminsky" <kuzminsk@ptd.net>
Sent: Tuesday, February 10, 2004 6:23 PM
Subject: letter  

Дорогой ККК! Мильён приветствий от Глеба ("нижайший поклон"), Гены и Аси Львовны! Глебу и Гладкой - при мимолетной довольно-таки встрече – показал Вашу книжку; восторженно поцокали языками, хотя читать навряд ли станут (Глеб-то точно уже ничего не читает).

С Геннадием (в присутствии Пирютки, Ловчановского и Штрофельдта) давеча обильно обмыли его книжку и теперь ждем жирного Букера. Аз один бескнижен зело. А читали ль Вы "Лихую жуть" Грана ("Борей-Арт", 2003)? Я еще не успел.

Возвращаясь взад, то бишь к Вашему творенью, признаюсь, что еще не дочитал до конца, но не потому, что скушно, напротив - редко какую вещь читал с таким интересом. Книга сия - правда, лишь в специфическом кругу таких чтецов как мы - обречена казаться (в смысле - быть) интересной, тут все наше родное, да еще сдобренное (для меня лично) живой жизнью в Божедомке (лучше, чем Уолден и Аксаков). И честно-то говоря: а остались ли еще в мире чудики, которые могли бы бессеребренно боевать букватуры-маргитуры для? (Есть у меня, кстати, об том старый - и лучший - никем не читанный – акромя старого-мудака-Иванова - концептуальный рассказ "Буквоборцы"). Так что покуда длю кайф и собираюсь еще перечитывать и цитировать знакомым. Что, впрочемно, отнюдь не означает будто я и во вкусах астетишных всегда с Вами заодно! Ни в коем разе-образе. Воочью, да за пузырем, поспорил бы еще до хрипоты, ну а в письмах суховато будет.

Для Даровской книги требуется Асею от Вас уточнение: даты, коли есть, писем Дара и расшифровка инициалов М.Г. Вообще Ася Львовна, по-моему, весьма буквальная женщина, хотя и классная, конечно, дама. Но главное – что добрый человек, а уж с буквами мы как-нибудь управимся.

Еще посылаю Вам в аттаче последние фото.
Обнимаю, В.Л.

 

10 февруария 04

… во-во, володичка

только сегодня, с чего-то, собирался отписать вам (вспоминал, где емеля: все потеряны на дохлых компах, но ерль - прислал днями)

а тут и от вас

вчера писмо от аси

я изъяснял ей, что дара надобно целиком сканировать с антологии (сейчас мне не можно), но писанное мною о нём – есть у вас

 

книжицу свою – я и сам временами перечитываю, не скушно

выяснил, к примеру, когда феликс комаров («казначей япончика и капитан ФСБ», по слухам) прикупил у меня пурыгу – не расплатился и по сю, 5 лет тому…

выяснил многое, забытое или полузабытое

 

а сколько их «книг» таких, писем…

лет 10 тому (а то и 20) – юра милославский всё мечтал издать нашу переписку «из двух углов», из израиля в техас

но когда я откопировал ему его писма (за неимением) в 94-95-м – он пожелал «изменить своё мнение о писомых-описуемых» (изменились бабели* о рангах; *опечатка, в масть!) и ОТРЕДАКТИРОВАТЬ…

изданы не были, где-то валяется дубль копии для него (но мне теперь свои пришлось бы искать…)

 

а писма дару… (не говоря за его!)

пол-антологии (скажем, ВЕСЬ ХАРЬКОВ) – делалось по переписке лишь «эпистолярис нынче захирел» (вар.: закирял, захерел; 1973?, неопубл.)

выплыли ведь на свет Божий и наши 3-4 немногие взаимные писма-писульки с колей рубцовым (лето 1961), в его полных собраниях и персональных сайтах

а вот оськино и оськи – того же лета 1961 – кануло безсмертно в лету (анакреонтом клубничкиным), или подарено-оставлено кому (его – мне)

зато возникли обоесторонные писма мадонне ляльке, автору-адресату-вдохновителю «башни» (её – немногие и краткие, мои – хранятся у неё, в киеве)

но не мне ж с ними «работать»

а героиня, хоть и профессиональный вредактыр (и экс-глав.вред супер-уникального журнала «олигарх»: 1000 нумерованных подписных экз., «доставляемых с вооружённым курьером» – имею копию, но почему-то не «подписную», забыла), занята сейчас возрождением журнала «украина», с довольно занятым паном-редактором, алкашом нашего плана

“нового о <маяков>ском” у неё явно не получится, не лиля она, а ляля…

 

так что за писма мне не говорите, ещё дар ругался: «это кто?… тургенев-аксаков? – нет, это кузьминский третьей четверти ХХ века…»

 

беда лишь, что «документ» подвергся активной (и избирательно-кошерной?) асенькиной правке: изъяты эпитеты в адрес жидомасонов гордина-гурвича, а паче – упаси господи! – в адрес г-на ПРЕЗИДЕНТА, гэбэ… (который, каратист стукач-оперативничек вова путин – похоже, и выбил мне селезёнку и кишки в ночь на 14 января 1970-го: допросить бы его, в ГБ же: где вы были, вова путин?..)

вот такие пирОги, мон влапенков…

 

рад за всех поминаемых, но геночка исправно позванивает

с глебушкой же мы в неизменной любови пребываем уже 40 с лихуем лет (чего не скажу – за лиду)

 

грана – не читал (поминаемое), но поимел с его вчера записочку-емельку чрез котельщика дм.григорьева (а тот чрез пиздюху ббелломлинскую), строчки 3, с вопросом о здоровьице

предыдущее его писмо – датируется генварём 98-го(?), когда я по прозьбе его – писал ему вводку к книге стихов

не в курсе: вышла ли вводка и, паче, сама книга

всего-то 6 лет…

 

шо-то «буквоборцы» у меня в голове вертятся: не слали ль вы, вместе с иным писомым (застрявшим годы тому на компуторах)

по названиям я никогда не помню, особливо сложно-сочинённым

а вот «БУКВОДКУ» трансхуитов сигея-никоновой – не могу забыть (из-за – корня?)

 

ерль что-то умолк, надоть и ему кинуть емельку сёдни (кинул)

 

а вам там хорошо, при асеньке – мне вот везли (с приключениями и забываниями в аэропортах) 10 копий книжки, довезли 7

одну – московской девушке (1964), вторую – одесской (1987), третью – перевозчику…

1 послал в исраэль, «на всех» (сестре-издательнице покойного илюши бокштейна)

1 – копируется и пересылается из рочестера в монтерей, уже с месяц

читаю единственную загвазданную и загнутую копию, с афтографом аси

и почти кажный день, вместо библии-евангелия (это я читать не берусь)

самому нравится, и даже – смеюсь (иногда)

но многоточия раздражают

вписал бы в афторскую копию изъятый мат – но не шарить же по писмам

и так-то нашёл с десяток опечаток (смыловых) и пропусков строк (в стихах), это уж там, макетируя, постарались

послал асеньке – но та уже разослала товар по публичным домам (вплоть до … биб-ки тургенева в париже!) и публичным девкам (мужеского полу), типа иванова-останина

 

… съем вот сейчас булкибродиков с яицом и селёдкой (сиделый самиздатчик миша поляков привёз), вспомню «весёлый ситчик», подвальную рюмочную на моховой, напротив театрального, где мы с о. боренькой куприяновым за писомую «башню» и мадонну ляльку пили, там со мной обучавшуюся на заочном

100 гр водочки и буттербродик с килечкой, «очень впечатляет» (и сближает – боренькой же)

и вторую рюмочную, у нас за углом на старо-невском, где мышь жила

и глебушку (а и с лидой было малость пито, пару раз)

и старика дара – который нас на это и снабжал, случалось

 

по делу:

на хуй (раз и навсегда) «МГ», максимку гликина и его мудацкие расшифровки С МАГНИТОФОНА (всё переделывал)

когда дойдёт до дела и «устаканится», пошлёте мне мой же текст в окончательную переделку

тады и все пожелания учту

(нашёл тут мат-л на Р. Плетнёва, «проф.» – и потерял на многих валяющихся винчестерах… компы все разобраны)

 

но как быть с хуем дара?… асенька ведь наверняка лишит его этого мужского достоинства…

где гарантии, что девушка не наведёт военно-половую цензуру?…

 

… емелька от ваньки ахметьева:

какой то «новый друг и потенциальный издатель» его – купил по интернету (у моего издателя, что было никак не трудно найти)  8 томов «лагуны» (кроме 1-го)

и теперь он сможет сверяться и пользовать, в своём сайте

но изначально, иван делал упор на «тексты» (а кулаков – на мемуар-литературу-гишторию), отчего на РВБ комментариев не багацько

а комментарии нужны б такие:

http://www.livejournal.com/users/dolboeb/400743.html и в параллель - http://www.rdu.org.ua/news.php?content=1066491360&path=arc&subpath=main

 

но это уж дела интернетные, будущее «е-буки»…

вы вот меня своими текстами (с линками) вдохновили (и повергли в уныние) возможностями комментариев «на клик»

 

а я сейчас с последними усилиями (судорогами) добиваю макет свово многотерпеливого роману (писанного 27 тому, и обросшему тройным томиной «комментариев») – вот его бы, е-букой…

но делать это надлежит – мне (а я комп-лох абсолютный, всё – методом тыка)

 

вы вот в кои-то собрались отписать мне, микро-емелькой приветов

а «естетическия разногласия» – как раз не за бутылкой и ором, а на бумаге надлежало б решать…

как какой-нибудь станкевич – с писаревым

 

чё-то я не ем ВЕСЬ 19-ый, вычетом пушкина-лермонтова, гоголя-лескова, да козьмы пруткова

уж очень он был весь какой-то ссученный, коммерческий насквозь (даже мой гений дюма), викторианский по духу и по морали

нет, «мой» век – кончается тредиаковским и де садом

в 19-м и доброй половине (трёх четвертях) 20-го – мне и делать было нечего

а уж в совковом и пост-совковом опчестве – «сблевать я может не сблюю, но уж вырву (стошню) – точно», веничкой

ТРИ писателя нарисовались для меня, в цельном полувеке: веничка, саша и моше винокур (этого третьего не заметил никто, паче – в исраэле)

…остальные – что лимонов, что милославский, что дарк, что яркевич, что сорокин, что пелевин, что ширянов, что немиров…

есть, и ладно

 

а то ещё за аксёнова-гладилина-войновича-максимова (петрушевскую-токареву-улицкую?) поговорить?…

тады уж и о потапенко и боборыкине, о чирикове и зайцеве, о вельтмане и наживине – отчего бы и не?…

ежели уж веллера ставят в со-гении и бестселлеры – с довлатовым

и севелу – с тополем-незнанским

мне как-то хватает (образца для) и этих троих, моих

 

… чау-чау исправно работает храмовой собакой: лежит перед домом на подстилочке и облаивает всё проходящее-проезжающее (даже – шерифа, отчего тот стал здороваться)

избранные рыбки зимуют в аквариуме (остальные пущены в чей-то соседский пруд)

две дворовые кошки ходят вечно драные

вот и всё наше хозяйство животное, помещика дэлавэрской губернии

 

на чём прощаюсь-закругляюсь

и всем привет

 

ККК-одноглазый

 

от ККК 10 февр. 2004:

see att.
vash KKK

Атт.:

 «ВСЕМИРНЫЙ ДЕНЬ ПОЭЗИИ»

(коллаж из текстов и емель, 4-9 февраля 2004; авторы:  Шкляринский - Кузьминский)

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: constantin kuzminsky Sent: Wednesday, February 04, 2004 5:09 PM

Костя, это личное приглашение. Очень хорошая реклама для всех участников, ибо пойдет в виде альманаха в другие страны. "Доложите Ильичу / Нам и горы по плечу..." Ваш Саша Ш.

 

Впервые на американской земле состоится "Всемирный День поэзии".

Всемирный – потому, что что всем давно хочется мира, все устали от прозы жизни и так хочется возвышенных мыслей и чувств.

На праздник поэзии будут приглашены гости из разных стран – Австралии, Израиля, Германии, России, Украины и многих других.

Творчество наиболее одаренных поэтов будет отражено в альманахе, который мы постараемся выпустить к этому неординарному дню. 

Альманах мы собираем уже сейчас – пришлите несколько ваших стихотворений (можно и юмористических.) или короткую  (3-4 стр.) рецензию на чьи-нибудь стихи. Мы отберем лучшие и представим их читателям как раз 30 мая. Книжки альманаха разойдутся по всему свету и кто знает – "как слово наше отзовется"...

 

Оргкомитет "Дня поэзии-2004"

Председатель оргкомитета

Главный редактор издательства "ALEXANDRIA"

А. Шкляринский

 

………..

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Wednesday, February 04, 2004 1:48 AM Subject: Re:

саша,

не понял

отродясь в днях поезии не участвовал

(вычетом когда нина королёва дёрнула меня к себе в гавань "я гавань / в меня вошёл большой корабль / я гавань в красных флагах", её – сообщить, что при всех плючах читчиков, мои стихи не пойдут – 1969?)

опять же, у меня ВСЕ стихи – зело "неприличные"

и не до юмору

могу послать "пермский диван" – может, выберешь что ("архангельск", "последний из худэхе", к примеру? или "мыс ольги", перевранный горноном в сборничке)

изъяснись, что и кому нужно (хто – вредколлегия, к примеру?)

тады и посмотрим

твой ККК-Махно

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: kuzja Sent: Wednesday, February 04, 2004 6:24 PM Subject: Re:

Незаметно перешли на "ты". Нормально. Я возьму скорее всего Ермака и Колпицу. Но они были напечатаны или нет? Не хочется ущемлять права других. А эти вещи мне зело понравились.Так что приспособлю. Прошу тебя, Костя, связаться с Анри, Эрлем и другими, кого я привечал на свой страх и риск еще в "Авроре". Теперь я хозяин в своем издательстве и буду печатать всех, кто мне мил и интересен. (Хотя бывает и чужд). Историческая справедливость.

Твой Саша.

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Wednesday, February 04, 2004 3:18 AM Subject: Re:

"ермак" был (малость перевранный) в "аполлоне-77", моём и шемякина

может, и ещё где-то (я – помню?)

"колпица" – нигде

но там, вроде, и помимо – есть, сотни 2 стр., чать

хозяин – барин, но кто ещё в хозяйстве? чтоб сообщить эрлю и анрюше

оно б, рациональней – пустить хвоста, анри, эрля, меня – до одной кучи (ежели по питеру), разве – чейгина и шира ещё: больше-то там никого не осталось

вычетом кривулинствующей сволочи – шкварц, стратон, дрыгонощенко...

что есть "алла", до коей "не дозвониться"?

мне-то, саша, что уже печататься, что не

5-6 книг не издано, включая "диван" (или – 10?)

см. сам, впрочем

твой ККК-Махно

 

Shklyarinsky:

Что касается альманаха, то он по природе своей терпит и "коня и трепетную лань". Так что не взыщите. Но уровень все-таки постараюсь удержать высоким. Насколько это сейчас возможно. Все ведь сильно упало. Поэтому и берусь. Пока.

Конечно, дай информацию близким себе людям, на то вы и близкие. Саша.

 

Shklyarinsky:

A ya i ne chital vse. Ne obizhaisya – nuzhno sest" i vniknut". Eto prosto primerka. A.

 

KKK:

так и вникай

в чём проблема?

тексты посланы (и предложены, хотя предложенные иные – уже в антологии: "архангельск", к примеру)

хотя кто эту антологию читал? базарят только – тот же арьев, на "свободе"

ланно, читай

ККК

 

PS: а емели твои – перешлю эрлю (и анри), они уж там сами пусть смотрят на коней и ланей

мне как-то не до конюшен

и уж больно быстро ты прочёл 250 стр., выбирая

повторяю: мне что печататься, что не ("диван" уже 8 или 10 лет плавает, туды-сюды, из перми в кентукки, проку?)

старый я стал, злой и усталый

дюдюлин меня из парижу латыницей достаёт: мишин (АКТ) затеял совместный журнал, со мной

"однажды лебедь раком щуку..."

не до игрищ уже

твой ККК

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Sunday, February 08, 2004 6:26 AM Subject: ?!!

ш ума шошол шкляринский – ш утра жвонить, жену будить?!

говорил же: НЕ ТЕЛЕФОННЫЙ я человек, особливо – С РАНЬЯ

емеля ж есть, если чё надо

емелю я проверяю чаще, чем подхожу к телефону

и не хами моей жене!

твой ККК

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: kuzja Sent: Sunday, February 08, 2004 11:42 PM Subject: Re: ?!!

Давайте, Костя, на "вы", на "ты" еще рано. Я позвонил в 9.30 и попросил позвать Костю. На что мне было досадливо отвечено: Какого Костю?. Я решил, что ошибся номером и спросил: Это квартира Кости Кузминского? На что мне тем же голосом было отвечено: Да, да! А кто его спрашивает? Я сказал, не зная с кем говорю: Я прошу позвать Костю, если его нет дома, просто скажите – его нет и посоветуйте, когда позвонить. Я не обязан называться незнакомому человеку. Я не знаю, Костя, порядков в Вашем доме, а посему сравнительно ранний звонок вполне извинителен. "И не хами моей жене" – ни в какие ворота. В хамстве меня пока еще никто не обвинял.

Я не не барышня и звоню по делу. Два Ваших стихотворения я отобрал для сборника. Мне надо срочно с Вами согласовать некоторые детали. Касающиеся в основном пунктуации. Если хотите работать, будем работать. Но без диктата и оскорблений. А. Ш.

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Sunday, February 08, 2004 8:06 AM Subject: Re: ?!!

ну и лошадь вы, шкляринский

у меня не оффис, а дом: я и жена

говорил: не звонить

касательно моих текстов – всегда – буква в букву, не исключая и "пунктуацию" (или отсутствие таковой)

я, вроде, достаточно грамотный человек на свои 63, чтоб отвечать за мною написанное

и говорил же: мне что "печататься", что не – уже с четверть века, где-то

что хотел – сказал в антологии, а что не успел – ужо

так что чего там "обговаривать"?

и авторов – 150 (и более) человек – я печатал буква в букву (ну не знает графиня щапова де карли, как пишется "шеколад" или "банкок" – так и печатал, выделяя италиком)

так что исходите из этого

телефон я НЕНАВИЖУ

ваш ККК

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: kuzja Sent: Monday, February 09, 2004 12:49 AM Subject: Re: ?!!

Звонить не буду. Напечатаю, как получил. Всё. А.Ш.

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Sunday, February 08, 2004 9:04 AM Subject: Re: ?!!

напечатаете – ЧТО? всё?

ККК

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: kuzja Sent: Monday, February 09, 2004 1:30 AM Subject: Re: ?!!

Если Вам "что печататься, что не", то какая разница – ВСЁ или ничего? Я выбрал два стихотворения и послал их Вам. Получили? О них и шла речь. Я никогда ничего не навязываю автору. Но понять его систему, как хороший редактор – обязан. Из этого и исходите. Ни подлаживаться, ни давить не позволял себе никогда. Всем привет. А. Ш.

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Sunday, February 08, 2004 10:14 AM Subject: Re: ?!!

от "редакторов"-то я и уехал, на хуй – 27 лет тому

не разглядел текстов в приложении (пардон!), решил, что лишь обложка и уведомление, куда что слать

щас разглядел

и что "вредактор" – УРЕЗАЛ эпиграфы к перми, изъяв про изнасилования и пр. (отвредактировав?)

против собственных текстов – возражать не могу, вычетом – примечания к "меж блат...", в никуда: где оно, "см. далее..." – тады уж сноску на публикацию "н.к. и долгие..." в АКТе прошлогоднем, номер не помню

ох, и надоели мне эти игрища в "литературку", маломощную...

пожалуй, без меня в этой окрошке можно обойтись, вполне

(за эрля и анри я не отвечаю)

на чём прощаюсь

ККК

 

From: Alexander Shklyarinskiy To: kuzja Sent: Monday, February 09, 2004 2:43 AM Subject: Re: ?!!

С Вами, Костя, не соскучишься. Именно эти эпиграфы – об изнасиловании и о продаже водки женщинам мне очень понравились и я не собирался их вырезать. Просто не знал точно, к чему они относятся. Теперь знаю. Спасибо.Я звонил, ибо времени у меня на альманах смертельно мало.

Вы, Костя, почему-то заранее агрессивны, хотя я как раз пытался деликатно приготовить к публикации Ваши стихи.Ничего не повредив и ничему не вредя. Какого же черта Вам еще надо? Почему Вы позволяете себе такой тон (то "не разглядев", то "пропустив", то еще что-то – совершенно не по делу)? Если я Вам кажусь таким вот "вредактором" (пообщавшись со мной отсилы раз десять), то гуд бай – не будем тратить время. Нет ничего хуже разросшегося самомнения в литературе. Оно всегда мстит. С искренним сожалением А.Ш.

 

From: kuzja To: Alexander Shklyarinskiy Sent: Sunday, February 08, 2004 11:25 AM Subject: Re: ?!!

у меня самомнения как раз в меру: в жизни не носил рукописей по редакциям (разве когда друзья давили, пару раз)

а вот мнения о "литературе" – я все выразил, в 9-ти томах

и с литературой (вне томов) никогда не хотел иметь ничего общего

оттого и тон "агрессивный"

из полудюжины эпиграфов (к книге, а не к "ермаку"), у вас выстриглись ДВА, предпоследние, третий же,

“Пермь по числу изнасилований занимает четвертое место в стране.”

(“Мегаполис-Экспресс”, №23, 10 июня 1998, стр. 13)

у вас таинственно исчез – из чего можно сделать 2 вывода: злонамеренная вредактура, или – охламонское распиздяйство

вы уж простите

я заподозрил первое, изъяснение: "я не собирался их вырезать. Просто не знал точно, к чему они относятся. Теперь знаю. Спасибо." – относится, скорее, ко второму: не понять можно, токо листая книгу, а не читая её

все эти горячки со сдачей в печать – мне знакомы, но они не есть оправдание

готовые стихи "готовить к публикации" (дав подзаголовок "гостевая гостиная" или "муд зубрости", горнона) – по мне как-то ни к чему

а самомнения у меня – всяко, помене чем у бродского (игравшего на гитаре?! – с вашего разрешения, включу этот текст в 500-600 стр. о нём, посланный год назад марии – не для публикации, а так, для ознакомления: неохота мне эту книгу доводить до ума)

просто к текстам (любым, и не своим) – я отношусь сериозно

к альманахам же и публикациям – более чем равнодушно

к редакторам (любым) – исключительно негативно

вы уж простите

ваш ККК

 

Shklyarinsky:

Стало теплее, мягче, поспокойнее. Можно и поговорить безо всяких "сам дурак". Костя, я много раз делал в жизни одну ошибку: я смотрел на все события только своими глазами, не снисходя до другого видения. Поэтому то, что было очевидно мне, вовсе не обязательно было очевидно другим. Из-за этого много было глупейших, яйца не стоящих конфликтов. Не хочется их повторять.

В вашей рукописи один эпиграф (в компьютере) остался на одной странице, другие перешли на другую. Ничего удивительного, что я захотел это уточнить с Вами. Получил за это по полной программе. Спрашивается, если Вы действительно дорожите Вашими текстами и замечаете любую мелочь, то почему не приветствуете любые контакты ради достижения истины, не идете на возможные жертвы в смысле привычек и комфорта? Как же тогда с Вами работать? "Ваш дом не оффис..." Но Вы сами выбрали такую форму существования. Пока она никого не ущемляет – ради бога! А если ущемляет, то почему другие люди должны подлаживаться под Вас? При том, что они искренне радуются Вашему таланту и стараются сделать что-то именно для Вас? По моему, извините за прямоту, это называется свинством.

Ладно, в конце концов, такие вещи каждый решает для себя сам...

Я беру названные два стихотворения и напечатаю их так, как они мне присланы. Во избежания ошибок, пришлю Вам корректуру. Тема снята (если Вы, конечно не откажетесь от самой публикации), договорились?

Гостевая гостиная – не шедевр, согласен. Название было условное. Кстати, подкиньте что-нибудь, если в голову придет.

Что касается моей Баллады о дне рождения, то она скоро пойдет в подборке в НРС, – используйте, я не против. Я не думаю, что Ося был могучий гитарист, но в тот момент он ухватился именно за гитару. А "Лили Марлен" была тогда его любимым мотивом. А гитара – тут ведь достаточно и лапой скрести.

И заодно уж просьба, я лично Марию не знаю, хочу попросить ее дать что-нибудь малоизвестное.

Я бы ей позвонил, с ее разрешения. Или по емеле. Посодействуйте. Как-то "День поэзии", да еще всемирный, без Оси представляю себе плохо. Ваш А. Ш.

 

KKK, 9-2-04:

да ладно, саша

всё это гнилой базар и «много шума из ничего»

просто устал я до описинения – 9 томов сделано, ещё 19 (не мене!) лежат, а тут – о двух поемках базар

чё там поправить, я написал: убрать «епиграфы» и «пост-скриптум» (или – сделать ссылку к нему, про АКТ)

 

2.

 

«чингиз-хан», увы, детгиз (да ещё в американском стиле: покупаю сейчас новые про африку – тот же дизайн, и минимум инфо… а купил тут 19-го века воспоминания миссионеров – хоть и без картинок, но зато как и что!…)

из пост-сов.книжиц – мне нужна только порнуха (да где ж её: «м-р Х» и «секс-бульвар», вроде, накрылись), скупил 10 лет тому, что было на брайтоне, но «секс-пир» – фуфло (в твёрдом)

сейчас вот молот матерится: заказал в рускниге.сом дюдюктивов на 150, а мой счёт в «подвале» иссяк…

и с пособия сымают (150 в месяц)

отчего зверею и кусаюсь

потому и не приветствую никакие «контакты» (не до них)

 

3.

 

насчёт марии б. – она молчит уже с марта прошлого, а адреса её потеряны (на сдохших компах), переписочка была не слабая

но у вас в «ред.» – её ПРАВАЯ рука, саша сумеркин, в чём проблемы?…

мы когда-то с сашей – пытались готовить полное бродского, для «руссики», но не прошло

а текст НИГДЕ не имеющийся, оськин, «богоматери предместья…», 1962 – я уже дважды «тиснул»: в дурацкой книжке гриши рыскина (без хвоста: наборщик ромка левин напортачил) и целиком – в моих «писмах асе», вышли в питере в ноябре

так что всяко не пропал

(при том что текст – один из лучших, равный «русской готике» и «ты поскачешь…»)

я на «лили марлен» (и ваще, на музыке) не торчал, потому не знаю

а муз. реминисценций (западных, фарцовых) у него до хуя

 

вот, вроде, и всё

лежу, работаю (в стол и стульчак…)

 

ваш ККК

-----------

 

см. Приложение (уровня):

 

ВСЕМИРНЫЙ ДЕНЬ ПОЭЗИИ

ALEXANDRIA

Нью-Йорк

2004

 

 Автор проекта и редактор-составитель

 Главный редактор издательства "ALEXANDRIA"

                                                 А. Шкляринский

 

Редколлегия альманаха «ДЕНЬ ПОЭЗИИ»:

Яков Гордин, Марина Ковалева, Александр Кушнер, Ирина Лейкина, Виктор Соснора, Александр Сумеркин, Людмила Шакова

 

         Александр Шкляринский

Ироническая Баллада  о моем дне рождения

  с участием поэта Иосифа Бродского

                  ( Ленинград. 28 июня 1968 года)

 

Был с днем рожденья вопрос решен.

(Уж очень друзья попросили,

Чтоб Ося Бродский был приглашен.

И мы его пригласили.)

 

«Послушай, старик, – он сказал, заодно

Ссылаясь на сплин и простуду, –

Да, я приду, но условье одно –

Стихов я читать не буду.»

 

«Согласен.– сказал я. И всех накачал:

Просить о стихах не смейте.

Захочет – прочтет, что другим не читал,

А нет – удержаться сумейте.»

 

...Мы ели баранину. Пили вино.

Какие-то тосты галдели.

Читали стихи вперемежку, но... Но

На Бродского и не глядели.

 

Я видел, как ерзает он, теребя

Попавшую в руки салфетку,

Как даже не смотрит – (уже вне себя!) –

На миленькую соседку.

 

И шнапса (он так называл) ни глотка

Не влил в свою гулкую глотку,

И вновь теребила салфетку рука,

Забыв про барана и водку.

 

Прошло больше часа. (Я все замечал.

Был вечер и пир на изломе.)

Гитару! – Иосиф почти зарычал. –

Гитара хоть есть в этом доме?

 

Я сбегал к соседям. Гитару нашел.

Вручил ее бедному барду.

И Ося затренькал. Ожил. Отошел.

И всем улыбнулся обрадованно.

 

«Возле казармы

В свете фонаря

Кружат попарно

Листья сентября...»

 

Еще и еще... Но внезапно он встал,

(Подумалось – что-нибудь ищет),

И, быстро одевшись, у двери сказал:

«Ну, брат, у тебя и тощища!»

 

И вышел... Мой друг мне потом говорил,

Что видел в тот вечер лазурный,

Как шел наш Иосиф и палкой лупил,

Громя водостоки и урны.»

 

From: "VLapenkov" <up12s632@omnisp.ru>
To: "Constantin C. Kuzminsky" <kuzminsk@ptd.net>
Sent: Friday, February 20, 2004 7:16 PM
Subject: letter  

Дорогой ККК! Ваша пиитическая шкляреписка плюс перечитка мною Ваших пиитических злоключений в Книге писем плюс прочтение полупиитической книги  Грана настроила и меня на сходный лад: решил тряхнуть кучерявым старьем и послать Вам свой старый полупрозаический расказ (см. att.). Как говаривал гофмановский кот Мурр - "и я бывал в Аркадии!"

Кстати, в книге Грана есть стишок, посвященный Вам. См. ниже:
 

кузминскому к.к. после омовения в босфорском байкале

> учитель бородатых смысл
> уродствует в безумном кабинете
> пока не стерлись горы на ланнете
> галгола песни тбе не узабыть
> уржовиной заик и заиканий
> покрыты лбы поэтиских терзаний
> на пушкин выстрел льзя не подойти
> к берлоге платных кретинарий
 1981 г.

На мой взгляд, Гран действительно - языково и концептуально - Ваш ученик, точнее, ученик той формальной (и формально более широкой) школы футуристическо-обэриутско-заумнической (плюс родственные ему
трансфуристы). С нормальными индивидуальными отклонениями-фокусами-спецификусами: Гран менее учен, начитан, да и просто интеллигентен (в смысле ), но зато более экзистенциален и нормально (то бишь невымученно-литературно) шизофреничен и параноидален. В этом прелесть и неожиданность, живая спонтанность его письма. То же в реальной жизни уже не столь прелестно. 

Намедни Гран вдруг воспомнил о моем суччествовании и позвонил.
Собственно, его интересовал только Ваш мыльноэлектрический координат, коий у него уже был, но с неверной фазой. И я позволил себе удовлетворить его виртуальное желание.

А вообще разговор не получился. Он поучал меня с высот своей мудрости как правильно надо жить литературной жизнью: где и с кем тусоваться, кому что подлизать и т.п., дабы книжки забесплатно издавались. Даже рассказал притчу из своей жизни: мол, один его приятель лежит - как и я! - на диване и все бормочет - "ужасно хочется курить", но (курсивом, три восклицательных) - и пальцем при этом не хочет пошевелить. А у меня (Грана, то есть) только сегодня 29 деловых встреч!

Забыл уже матерый человечище как в застойные времена чуть не каждый вечер приходил ко мне в гости на коммунальный флэт, аккуратно подгадывая к ужину...

Иной подход (хотя, я думаю, с тем же нулевым исходом) у Геннадия: он грозится опубликовать мою книжку на деньги своей будущей букеровской премии. А это, по-моему, больше походит на насреддиновскую притчу об обучении осла Корану.

Но ладушки, пока мое главное намерение опубликовать книгу Дара, и дело, кажется, идет, хотя всякий раз, общаясь с главным участником проекта, я вспоминаю Вашу фразу (см. первые три строчки Книги писем - письмо 27, стр. 244).

Всех благ! Ваш В.Л.

 

от ККК февраль 2004:

«у красивого мальчика хуй я сосу»

(женечка зальцман-грузглина, 15 лет,

см.: «поэма АДА или девочка из днепропетровска», 1989-92;          неопубл.)

ю.алексеев (талдалыкнуться да гикнуться / барбароща над водой /  виги зело очень сдвигнутся / козлодой)

ривин (сионисты греют руки / на поставках англичан)

есенин-вольпин (ворон)

 

итоговая суммарность 70-х, столь шибко знакомая

хотя имело б смысл – пожалеть, писующих (малограмотных,          малодеющих, но искренних и «не товарных»)

несколько жестковато (жестоковато), хотя и (увы!) правда

более чем правда – и о гране (эпитеты-определения)

увы, в «формализьме» – паханствуют не эрли, а псоеобразные шиши        брянские и мирославы немировы

когда вершиной – баян ширянов (к.воробьёв)…

не шедевры машинописи (формальные) эрля ж (и коллажи   галецкого, хвоста, эллика богданова), а руко-каканный авалиани

 

«а судьи кто? они в промхозе, хозяйственники все.»

(граном же, конца 60-х)

тамбовский шакал бирюков, янечек-очеретянский, кузмин-сигал…

уровень – ниже пизды и яиц (отсутствующих начисто)

оттого и идёт – НЕПРУХА…

сумма нулей – на 84-й

 

2.

 

… мыш вот сейчас ищет, по сотням ящикам – писма ДАРУ, мои

уж печатать – так параллельную «перепиздку»…

а заодно – и его: подсократил, похоже, малость (в антологии)

да жду вот – наладки сканнера, сил нет набирать, своё же – из 2А и 4Б…

(не исключено, что и ещё где-то, в томах – не можно ж упомнить 7- 8000 стр.!)

 

и – вот если б! – писма трифонова МНЕ… (хоть и не в тему, вроде   бы?…)

 

3.

 

… вынырнуло вот тут писмо лимончика (немногое), 1979

наберу по ходу (пока не потерял снова):

 

“Февраля 14, 1979

 

Дорогой Костя, Наконец вот –

Посылаю тебе кое-что из фото, не знаю впрочем, качество кажется плохое, но этого увы не изменишь.

К одной фотографии – где я, Евг. Леонидыч и Холин – посылаю негатив, может тебе удасться напечатать чуть четче, чем сделали мне.

Я тебе пришлю еще фотографии, но погоди, чуть-чуть. И это не для первого тома увы.

Савицкого Диму ты бы включил в 3-й том, он ничего поэт, не хуже всех тех ленинградцев которых ты в таком обилии натыкал там и тут. У Баха есть стихи Савицкого, впрочем он сам сейчас где-то в Париже, напиши ему.

Читал ли ты уже Ковчег где ты да я, да мы с тобой. Напечатали кошмарно, полно ошибок, но статья Крона блестящая хотя и односторонняя и автора с героем смешали. В Париже говорят вой, наш разлюбезный Мишель Ша звонил Баху и говорил что я “сам себе на голову насрал”. А мне надоело ей Богу подчиняться их партийной дисциплине, Максимов видите ли недоволен. Прошло их время Костечка, мое время идет – положил я на них с прибором – мое дело книжки писать а не дисциплину и равнение на бородачей да урок соблюдать. Роман впрочем написан в 1976 г. а вот видишь только удалось искореженый да весь в ошибках в 1979 г. тиснуть.Я уверен что ты за меня, ты меня знаешь я не говно какое и самостоятельный.

Обнимаю

Твой Э.Лимонов

Я подошлю тебе материал, не волнуйся, только что я еще не перевез бумажки с той квартиры на эту работу.

Бывай.

А сказка ух, хороша – жаль не я написал, я люблю когда начальников трясут.”

 

E.Limonov

C/o P.Sprague

Sutton Square

N.Y.C. N.Y.10022

 

Konstantin K. Kuzminsky

403 B E. 30th St.

Austin, TX 78705

 

(Из Нью-Йорка – в Техас

Грамматика-орфография Э.Лимонова)

 

Со вложением ч/б фот:

Володя Алейников, 1968, Уланский переулок, Москва

Алейников, Слава Лён, Д.Савицкий(?), за столом, б.д. (1965?)

Лимонов, паспортное фото, 6-2-79, НЙ

Лимонов, 4 паспортные фото, б.д.

Лимонов и Кузьминский, цв. фото, в подвале Риго Парка, 1982?

Дмитрий Савицкий, поэт, Москва, б.д.

Лимонов, Е.Л.Кропивницкий и И.Холин, фото и негатив, весна 1974 (в Ант., том 1)

Групповое фото, весна 1974, Москва, фотоателье, постановка Славы Лёна: “Стоят: Холин, Сапгир. Сидят: Бахчанян, Лимонов, Лён”

(“Аполлон-77”, Ант., том 1)

Сева Некрасов, по сквалыжности скандальности – сниматься отказался, хотя был зван. (От Лёна, Баха и Лимонова)

 

Примечания:

 

В 1-м томе антологии (вышел в 1980) “от Ленинграда” присутствовали: Алик Ривин, Роальд Мандельштам, Уфлянд и кумпания (“филологическая школа”), Горбовский, Тарутин и иже (“геологическая школа”), Лейкин, Вольф и т.д., помимо представленной Лимоновым “барачной Москвы” (Кропивницкий, Сапгир, Холин, Некрасов, Сатуновский и т.д.) …

В “Ковчеге” №3, помимо первопубликации романа “Это я, Эдичка”, мною была опубликована “Сказка про Ваську Немешаева, городского вора и про Именного Коммунистического Козла с Золотыми Рогами”, образчик устного фольклора 30-х, запись Марьяны Гордон-Козыревой-Тумповской, со слов лагерника-отца (ею же и открывался “Лепрозорий-23”, антология ленинградских прозаиков, 1974)

После чего В.Максимов – “Ковчег” попросту прикрыл (физически, финансово и всяко); к истории литературы.

 

“Мишель Ша” – художник Михаил Шемякин (для альманаха “Аполлон-77” которого – я представлял Питер, а Лимонов – Москву, текстами и фотографиями, типа “со-редакторствуя” в 1975-76)

 

“равнение на бородачей да урок соблюдать” – ударение на “у”: Урок (намёк на уголовника В.Максимова, редактора “Континента”), и на А.И.Солженицына, с известной бородой.

(20 февраля 2004, ровно четверть века спустя…)

4.

вот, володя, случайное вкрапление – как оно и всегда, в моих «писмах» (по ходу)

но не набрав – опять бы забыл, лимончика

с самого моего приезда, летом 1975, мы с ним и с бахом, естественно, законтачили (и куда плотнее, чем в мелкоразовый визит мой в москву, к лёну – 1972?)

с тех пор, как бы, и не расставались

борьба с «новым совписом» началась для нас несколько раньше (чем для вас): враз по приезде сюда

(довлатов немедля – нашёл новую кормушку, средь тех же бывших совписов: см. его список-имянничок в переписке с ефимовым)

ося – порвал с русскими и тут и там, обшаясь исключительно с международными нобилями (дерек уолкотт, оден, исайя белин и т.п., прлюс – барышников-ростропович)

… впрочем, вот пишется совсем не такое, моей 11-летней музе (уже чудовище и чудище, а я уж не знаю кто)

поэтому закругляюсь с посланием

возвращаюсь в музу

 

ваш ККК

 

от Лапенкова – весна 2004

Дорогой ККК! Как здоровьишко? Как семья и звери? Что там у вас на Делаварщине? Мы трудимся во поту, пора (мне) молоко уже за вредность давать. С любезной Асей Львовной повоевываю за каждую ее любимую очепятку и подозрительные (для нее) улучшения. Впрочем, она быстро эволюционирует: поначалу наотрез отказывалась даже рассматривать предложенные мною даровское эссе (заглавное в израильском издании) «Исповедь безответственного читателя» и опубликованные высказывания о Даре, а теперь уже спорит об их деталях. Просто Шелленберг. А вообще, пролистывая будущий опус, думаю, есть отчего мне почувствовать себя правильным штирлицем в логове неисправимых девиантных декадентов. На месте будущего рецензента, типа быков/булкина/басинский, я бы вдоволь поиронизировал на тему запоздалого секс-соревнования бывших кружков дарового члена. (Я это и Асе сказал, она мне гордо в ответ: «Пусть!»). Однако мне, как человеку, измученному буквоебством, кажется, что сегодня «смелыми» эротизмами города не берут, они давно уже насквозь берроузированны, потому и добавляю сюда, по возможности, историко-литературного контекста (тем самым создавая, м.б., некоторые внутриэстетические противоречия).

Кстати, докатился и до меня генин романс, не от автора, конечно, а от Аси, с ее прелестными маргиналиями: «хорошо», «глубоко», «очень глубоко», «интересно». Короче, пять. Но я, как маргинал и двоечник, плохо понимаю такую тонкую псевдоклассику – Берроуза, переписанного Лидией Чарской. С одной стороны «кентавра» – старческий литературный онанизм («молодой человек… с изящной головкой… и в черных брюках… немного узких, но дополнительно доказывающих стройность ног»), с другой – полный стилистический гимназизм («чудотворная сила искусства», «дивная ночь». А мне как раз попался в инете сборник с текстами ихней гимназии, Гены то ж. Дивно). Чистый Сорокин, в первой, имитационной, половине своих романов, хотя и тот, блюдя строгость стиля, не стал бы так открыто пародировать: «Пошли к писателям, там и поиграем»; «Те части ее организма, которые… должны были бы сами собой отмирать, как-то сами собой оживлялись ее острым и быстрым умом и тонким художественным вкусом, складывавшимся в Париже и завершившимся в Нью-Йорке». Супер. Первую фразу обязательно использую в качестве эпиграфа.

Зато как умен! Он же сразу просчитал мое возможное отношение к его прозе и заранее прореагировал. Не знаешь, чем больше восхищаться.

Но это все прелюдь, а людь такова: для примечаний мне нужны краткие уточнения-дополнения. См. ниже:

Слава (Соломон) Гозиас (г.р.???) – бывший приятель многих ленинградских литераторов, в частности, Глеба Горбовского. Писал стихи и рассказы, известно его довольно жесткое эссе о Горбовском. См. о нем в воспоминаниях Горбовского «Остывшие следы» («Нева», 4, 1991). Живет в США.

Герман Сабуров (???) – поэт. Единственные сведения о нем содержатся в Антологии Кузьминского Голубая лагуна т. 5А.

Илья Левин – (???), до эмиграции – филолог, переводчик, сотрудничал в самиздатском журнале «Евреи в СССР», в эмиграции – диктор на радиостанции «Голос Америки», профессор литературы (?), ныне – заместитель атташе по культуре посольства США. 

«М.Г.» – Максим Гликин (???), журналист.

«Эльга Львовна» – Эльга Львовна Линецкая (р. в 1909 – =?).

«Тамара Юрьевна» – Тамара Юрьевна Хмельницкая (1906 – 1997), литературовед.

Глеб Семенов – «Соло для возраста с оркестром» (год?).

Ваш В.Л. (можно не уточнять).

 

от Лапенкова – ККК, 16.04.04:

Дорогой ККК! Поздравляю Вас и Вашу героическую супругу с очередным юбилеем. Естественно - благопожелание здоровья и неугасимости творческих потенций! Молодежь еще вполне может равняться на зеленое знамя полутораглазого стрельца и застрельщика инвенций и инноваций. Наверное только у Вас в могиканской Божедомке имени 3-го артнационала еще бурлючит и теплится какая-то жизнь.

А в нашей диарейно-борейной Петрограции даже скандалы какие-то сонно-заспанные. Я писал уже об обмывании ножек Гениной книги: Штрофельд, Пирютка, Ловчановский, молчаливые молодые курьеры… вроде все было мило и пьяно. Гена – примеряя на себя Даров образ – выразил геройское желание меня напечатать и передал часть моих бумаг Кононову. Дальше все было очень смешно, т.е. по-нашему, по-бразильски. Вскорости получаю от него – Геннадия - взад свои рукописи и письмо следующего содержания: «…издатель сказал мне следующее: «Не вижу возможных читателей ТАКОЙ прозы. А мой интерес – сугубо коммерческий… Издавать убыточную литературу сегодня никто не рискует…». /Далее – Геннадий (видимо уже заглянувший в мои тексты)/: «Общаться с тобой живьем у меня уже нет сил, не хочу под конец собственного существования усиливать мою неприязнь к людям. Книжку свою тебе НЕ высылаю, ибо ты на ее и мой счет уже высказался со всей полнотой». /А я тогда всего лишь состроил удивленную мину по поводу непривычного удлинненно-узкого формата и глянца издания, а вовнутрь заглянуть не успел.-В.Л./. «Видимо, жизнь – эта наша всеобщая мачеха – НИЧЕМУ /курсив Г.Т./ тебя не научила. Утолять собственную закомплексованность все же более продуктивно будет, не превращая окружающих в ее жертвы».

Нет, правильней было бы сказать – научила, но не тому. В частности, в отличие от нашего доброго друга, она научила меня, что мало-мальски стоящая литература это уже жизнь, и она не ограничивается продажным издательством и презентабельно-светской тусовкой. Бедный Гена не в силах понять, что ни школьные проповеди, ни обещание-лишение пряника, ни разрыв отношений не могут стать надежным щитом от чужой эстетической рефлексии, всякое дополнительное его движение только вписывает новое лыко в очередную строку. Шоу маст гоу.

А совсем недавно меня посетил наконец, впервые за 20 лет, Борис Граныч Кудряков (можно подумать, нас разделял океан). Он не подарил мне своей книжки, но надписал купленный мною ранее экземпляр. Сейчас он работает в обновленном футуристическом жанре картинок с рассказами (а не наоборот!), я отскирнул ему часть его рукописей, за что был вполне в новом духе премирован ста рублями. Гран с интересом и некоторым изумлением прочел Вашу книгу: «Написано блестяще, но это самоубийство. Как только он не боится? Костя стольких людей в ней обвалял, что тут не одним киллером пахнет». И надо же было так случиться, что именно в этот день и момент мне позвонил - впервые за несколько месяцев - Владимир Ибрагимович. Узнав, что у меня в гостях Кудряков, он передал ему через меня Вашу благодарность за присланную книгу, но сам разговаривать отказался. «Кудряков ужасный человек, он самым наглым образом подводит и обманывает людей, берет деньги за снимки, а сам их не отдает». Чувствуя, что я несколько занят гостем, Эрль вдруг (т.е. специально) стал неспешно делиться со мной по телефону воспоминаниями о Даре, обсуждать возможное издание его книги и т.п., пока я не был вынужден уже сослаться на занятость. «Эрль ужасный человек, - сказал после Гран, - он курит план и плюет всем в лицо. Он ненавидит людей. У него едет крыша и он обвиняет всех в каких-то выдуманных преступлениях. Да, у меня действительно есть нужные ему снимки. Я за них никаких денег не брал, но и за деньги я ему их никогда не отдам!». И добавил еще нечто в том духе, что оскорблений более ни от кого уже не потерпит: может и в рыло…

(Кстати, в свое время Ибрагимыч звонил мне и просил выйти на Геннадия, дабы тот вернул наконец некий журнал, взятый у него лет 25-30 назад. «Каждый сходит с ума по-своему, - ответствовал мне Геннадий, - похоже с возрастом у Эрля активизировались тараканы в голове. Впрочем, давай съездим к нему - вернем пресловутый журнальчик». Я эти слова передал. «Нет-нет, лучше вы сами, - испугался Эрль, - живьем его видеть сил нет». На том тогда дело и кончилось).

Да, еще раз повторюсь, что литература и жизнь вещи хоть и плохо совместные, но совершенно неразрывные. Особенно в нашей залежно-слободской Петрограции.

Всех благ. Ваш В.Л.

 

от ККК 16.04.04

ну и что тут скажешь?...
как-то, сидя в холодной сауне, в вермонте, саша соколов излагал мне:
"ну почему в эмигрантской литературе - такие блатные нравы?..."
отчего ж, говорю, максимов - уголовник, юз - уголовник, разве только солж - "палытыческий" (пианэрок насыловал)
оттого и нравы такие

по первоприезде в нью-йорк - пошёл на поклон к легендарному халифу
(слышанному-знаемому)
результат - см. в атт.

не огорчайтесь, володя
я вот асе пишу (см. в атт.2):
вот это - ПРАВИЛА ИГРЫ - меня и раздражает поболе, нежели "семейные дрязги",
прозо-поэтические

а я всю жизнь - играл ПО СВОИМ правилам
и в писмах, и в прозе, и в антологии, и в стихах

одно дело - дуэль гумилёва с максом калошиным (уже цирк), буржуазной ещё культуры
другое - наши разборки, ЛЮМПЕНСКИЕ...
надо знать свой класс
и не удивляться

обнимите там всех воюющих
я тут лежу за пулемётом и жду ТУАРЕГСКОЕ ВЕРБЛЮЖЬЕ СЕДЛО
помимо доброй сотни клинков, накупленных со всего мира

ваш неизменно, ККК-64

 

 

att:

 

ЛЕВ ХАЛИФ /ТЕКСТЫ 1950-2000/

 

 

– Зачем тебе сердце, мясник?

– Как-то человечней с ним.

 

* * *

 

Открываешь дверь – и валяются уши,

Шевелящиеся, слушающие.

 

* * *

 

Вот и жалость сжалась в жало,

Оттого что слишком залежалась.

 

* * *

 

Даже к мёртвой не пустили,

Побоялись ублажить.

Не Мать-Россия – мать в России

Одинёшенька лежит.

 

* * *

 

Стоят ветераны старые.

Вытирают под носом.

Вот уж кто не выносит Сталина,

Так это те, кто его выносят.

 

* * *

 

Когда негде спать и нечего есть –

Все сказки ваши до жопы.

Отечество славлю какое уж есть,

Но трижды – какое должно быть.

 

* * *

 

Мы в любви отнюдь не робкие –

Сколько её под шестым ребром!

В нас такую любовь воспитали к родине,

Что женщинам – только остатки скребём.

 

* * *

 

Миражи на то и миражи,

Что из них ничего не выжать.

Оставляют надежду жить –

И никакой надежды выжить.

 

* * *

 

Что написано пером –

Чорта с два исправишь топором.

Но зачем потом мешаться топору,

Когда бы сразу – тюкнуть по перу?

 

* * *

 

Во множестве стран,

Как бы это ни было трудным –

Трусам

Платят за страх.

И чего ещё надо трусам?

 

* * *

 

Зачем искать сравненья, мучиться –

Не Кремль, глядящийся с рублей –

Места, засиженные Мухиной –

Эмблема родины моей.

 

* * *

 

По своим делам летела пуля.

Спасибо, что не встретился я с ней.

А хули?

Бог смилостивился – “Старей!”

 

* * *

 

Малыш глядит из-за надкусанного коржика,

Из тайн своих – издалека.

Он, как кувшин до обжига –

Его пошлёпывают слегка.

 

* * *

 

Инструкция:

Наган.

Главное, чтоб не попал песок.

Его барабан

На шесть персон.

 

* * *

 

Просыпаюсь поутру –

Что-то мне не по нутру:

Идёт война народная,

Священная и водородная.

 

* * *

 

Глаза, как сваренные вкрутую,

И взгляд их крут.

Античные скульптуры –

Зрачки повёрнутые вглубь.

 

* * *

 

Пляж. Лежбище. Туши.

Тело душит.

 

* * *

 

Возлежат себе Далилы,

Что ни пазуха, то клад.

Силиконовой долины

Где-то рядом здесь домкрат.

 

* * *

 

Однажды Генрих Худяков

Прилёг, устав от ходоков.

И сон пришёл. И был таков:

Он вдруг возносится на небо.

Так высоко ещё он не был.

И видит облако, за ним обитают гении.

От волнения у Генриха спёрло в груди.

Просовывает в облако голову Генрих,

Никого вокруг –

Он один.

 

* * *

 

Это с вами

Ходит свами,

Любуясь ивами

И вами,

В кальсонах белых с выпуском рубах,

Тот самый хлыщ,

Что давит прыщ,

А надо бы – раба?

 

Это с нами

Ходит свами –

Мы давно уже не ходим сами.

Всюду траки

Бьют по сраке,

Потому что все на краке.

 

* * *

 

Искусство ищет форм медальных –

Крутись, крутись исканий жернов.

Формы все надоедают,

Кроме – женских.

 

* * *

 

Ни клыка, ни страшенного лика,

Ни заросшего злобой чела...

Как мила ты в шубке из беличьего крика,

Как мила.

 

* * *

 

Купол неба голубой

Заблестит огнём.

Что же делать мне с тобой,

Дорогая, днём?

 

* * *

 

Выхлопы туч – и опять тишина в лесах,

И опять мы с тобою не ладим.

Откликнись хоть Созвездие Пса,

Наполни небо звонким лаем.

 

* * *

 

Ты помятых рублей не считай –

Всё равно нищета.

 

Вечный ветер в кармане,

Но уже – от Армани.

 

* * *

 

Лист исписанный качнулся.

Миг ещё – и запоёт.

... Когда-то считалось высшим кощунством

Под творением своим – ставить имя своё.

 

(подборка 1976-2000 сделана КККузьминским для московского тома         “Антологии у Голубой лагуны”)

 

ТРИФОНЫЧ, ИСАИЧ И ЛЕВА ХАЛИФ

(Лев Халиф “ЦДЛ”, 1976, “Панорама” /Альманах-Пресс/; обложка В.Бахчаняна; А.И.Солженицын “Бодался телёнок с дубом”; Е.Г.Эткинд “Записки незаговорщика”)

 

        “И тогда я встал, и голосом, диктующим в историю...”

                                                                       (А.И.С.)

 

Халиф не вставал. Он тихо сидел в кабаке ЦДЛ... – почему, кстати, мы всегда отождествляем ЦДЛ с кабаком? И Булгаков о том же: судачки там орли, запотевший графинчик с водкой...

Потому, что литература в России давно уже стала – кормушкой. Скотский хутор и стойло Пегаса. Кормят, впрочем, икрой. Осетринкой. Конечно, под водочку.

И былье, анекдоты, легенды. Так начиналось и моё знакомство с литературой (разумею, советской): кто что выпил, и кто что сказал. То надравшийся Симонов – публично орёт: “Ах, у Инбер...”, то надравшийся Богословский просыпается у памятника Хмельницкому, заснув под Долгоруким, то Соснора в сабо щеголяет приёма французского после, то...

Того же и ждал. В “ЦДЛ”. У Халифа.

 

Сейчас все пишут мемуары. Оправдательные, обвинительные, объяснительные. Иной раз даже с “четырьмя дополнениями и перечнем приложений”. Страниц по 600, и по 800 иные. Сами, с помощью, “о” и “не о”. Словом, пишут. А кому-то – читать. И Буковский их пишет, и дочь адмирала, и даже – генералиссимуса, пишет Хрущёв, Солженицын и Глезер. Пишет Эткинд.

Не пишет – Халиф.

 

ЗА СЕБЯ и ЗА ВСЕХ. В этом – разница. И еще – ЗА КОГО и О КОМ. КАК – об этом особо. Большей частию – плохо. А скучно – так это привычно. На ней, на великой, выросли. И статьи так же пишем – “не стилем, а почерком аж одинаковым”.

Но не Халиф.

 

Пустили козла в огород. В ЦДЛ. Все, кто ели из этой кормушки, чувствовали себя причастными к стаду, даже если – НАД СТАДОМ. А если – вне стада? Так, на шестистах страницах “Бодался теленок с дубом”, помимо Автора – проплывают ещё десятки знакомых и незнакомых лиц. Но – всерьёз. Баруздины, Абдумомуновы, Мусреповы, Федины, Воронковы – и сражение с этой сволочью Автор, по меньшей мере, уподобляет “Бородино” /стр. 204, 211/. Правильно сказал о нём Демичев: “Я вижу, вы действительно – очень скромный человек.” /стр. 110/. Но дело даже не в скромности. Принимать их – всерьёз. Патрона Твардовского. (“Твардовского убили тем, что отняли “Новый мир”.) Отняли орудие, которым Твардовский послушно болванил читателя, самый левый из правых журналов. Но ведь не один Александр Исаевич “блюдёт традиции” “Нового мира”. Много поклонников, и защитников тож: ведь всё же там “что-то” печатали! Печатали. За всё время существования журнала – одну прозу (Солженицына), одного поэта (Александра Величанского – в последнем “твардовском” декабрьском номере), и одного критика (Синявского). Памятник Трифонычу! Гусь свинье оказался товарищем. Скотский хутор. Ведь все эти шакалы (перечисленные и не, сотни членов Союза писателей) – ведь их Твардовский ТОЖЕ печатал. И как! Ибо это – кормушка. У которой милейший Трифоныч оказался заглавным хлеборезом. Как он резал! Какие ломти!

В 59-м году, в декабре, во время съезда писателей пьяный Марков (Алексей, не Сергей) двум моим друзьям рассказывал, как явился он в Москву “в лапоточках”, быв вызван Твардовским по принятии поэмы марковской “Михайла Ломоносов”. Явился в редакцию, рваный, в лаптях (где он лапти достал?). Посмотрел на него брезгливо Твардовский, выдал тыщу (на старые): “Иди и оденься!” Костюмчик купил, там, рубашку и прочее, портфель (в него две бутылки коньяку положил) и вернулся в лаптях. Посмотрел главный редактор, поморщился и ещё 500 выдал. Жестом широким. А свои ли, казенные – хрен его знает! Вынимал из кармана. Ну, а если – свои, то: ОТКУДА? А из той же кормушки. Хлеборез, меценат.

И ценитель. Ведь как подробно разговоры с ним описаны! Даже когда говорить не мог, когда паралич его тряхнул, и то – цветными закладочками разговаривал. Не совсем, но пытались. А как же – ПИСАТЕЛЬ!

Так вот, у Халифа – другие критерии. И святых он искал – не в редакциях, а там же, Христос где. Среди сирых, убогих.

А в Союзе таких не найдешь. Разумею, писателей.

 

Читаю “Записки незаговорщика” глубоко уважаемого мною Ефима Григорьевича Эткинда. От заглавия и до конца – увы, та же нота: “Боже, я же хороший! Я ВАШ! Так ЗА ЧТО изгоняете – из рая обетованного?” Из дубовой гостиной бывшего особнячка младшей линии Шереметьевых, где “помнит себя с пионерского галстучка”. Меня оттуда, кстати, из той же чёрной дубовой гостиной, как вошёл (Наденька Полякова ввела) в 62-м, так и вылетел, за то, что помимо своего “махрового формализма” – ещё и учеников своих после себя выпустил, 16-летних Кривулина и Пазухина. И не жалею. В кабаке же сидел, и не раз. Где ещё, если в дубовую гостиную не пускают? Хоть руки не пачкать! Хоть переводчиком быть! И в это сборище блядей – королевой вплывала Ахматова... Скотский хутор. Со стадом мычать. Хотя бы вполголоса. Или, хотя бы, – мычать по-французски. А въедается – в кровь, член-союзописательство. Ведь можно же сделать доброе, нужное. Ведь Гранин – хороший человек. А по морде? Не, по морде нельзя. Не в милиции.

Так что – Гранин хороший, и Твардовский хороший, и Вера Панова хорошая. А сколько сот раз – раком пришлось встать им, по рублю, или просто – по страху? Выгоняют Солженицына. Голосят, голосуют. Ставят подписи. А Гранин – свалил в Коктебель. Руки умыл, в сердоликовой бухте. Промолчал Пастернак (Мандельштаму – ку-ку!), старуха Ахматова встала с одра – Бродского защитить. Ну куда ей – ревущего стада напротив! Голосят, голосуют.

 

Переходим к Халифу. Так вот, в этом стаде – ревущем, мычащем (молоко же – исправно дающем – в обмен на корма, на корма!) затесался – козёл. А какое с козла молоко? И доился налево. Пока там банкеты и речи, и плечи – Халиф наблюдал. Оговариваюсь. Исаичу неудобно перед Трифонычем, Эткинду – скажем, перед Адмони, а Халифу – никак. Он не их. Он из нас затесался, козлов. Отпущения, кстати. Ведь когда кого бьют – попадает по малым. Но равновеликим. Алик Гинзбург, Тайгин, Галансков, тот же Бродский, сейчас – Вознесенская, Трифонов. Имена-то все – малознакомые. Там, не Гранин-Панова-Рождественский-Симонов. Имена незнакомые попросту. Даже, скажем, Исаичу: “А ведь есть еще – смелые молодые поэты.” /Стр. 14, без имен, имена же там – Ю.Казаков, Тендряков, Солоухин, Можаев какой-то. Надеюсь, не славянофилы. Или не только./

Так вот, Халиф, даже если его многоуважаемый Александр Исаич в виду и не имел (а кого он – имел?), был именно молодым и именно смелым поэтом. Году в 1959 я услышал стихи, даже одно четверостишие:

 

Из чего твой панцырь, Черепаха?

Я спросил и получил ответ:

“Он из пережитого мной страха,

И брони надёжней в мире нет.”

 

Так состоялось мое знакомство с Халифом. Ходил и читал всем строчки эти, правда, только две запомнившиеся, обратив почему-то в двустих: “Из чего твой панцырь, черепаха? / Из тобой пережитого страха.” Так бы и не знал, если бы Халиф не приехал. И слышал, слышал о “ЦДЛ”. И надрал из него уж кусков. А прислал – Половец. Для рецензии и поэтому бесплатно. Чек вернул. Ну, рецензию эту, положим, не напечатают и здесь (за поношение “великих”), но поговорим о малых.

Страшная эта книга. И стиль её – страшен. Новый стиль. Для кого только – новый? Не для нас. Стиль Ерофеева, Лимонова, Милославского. А нов он – для НИХ и для ТЕХ. Стиль, который, МОЖЕТ БЫТЬ, начинался – в ранней прозе Гладилина, Аксёнова, Битова, многих, но – сошедший на нет. Попригладили, попричесали. Не читаю Гладилина: блёв. Разжевал сам себя. Жерновами журналов. А помнишь, Толя: “Летят гуси... А думаешь, мне не хотелось бы жать девочку в темной парадной?..” Это зэк говорит. Все мы – зэки. И язык их – нам ближе.

“Мы – волки.” – писал Солоухин. “Мы, волки, всех больше – собак ненавидим.” Или, попросту, “сук”. Тех, кто ссучился, скурвился, обеззубел. Как, построив избу, Солоухин. Как Евтух и Андреи (оба: Битов – двуспальный). Как – кормушки нюхнувшие. Что же Халиф? А Халиф не скосел, не спошлял. Это я сейчас, может, пошляю.

 

Начал работать статью. Исписал 20 страниц сплошь Халифом. Что же выбрать? О чем говорить? Мешаются – стиль, имена, парадоксы, идеи и факты, язык. Ибо – ПРОЗА ПОЭТА. Крутая, как лучший кашгарский. Разбирать по сусекам? Оценку давать именам? Ладно, скажем, посмотрим на морды. Их тут целый паноптикум.

 

“Михаил Светлов...

Добряк-бичеватель... Даже внешне чем-то схожий с Вольтером. Полумесяц лица – нос и подборок, бегущие навстречу друг другу... И посередине – прорезь рта – копилкою острот.” /стр. 58/

Легендарный душка комик Светлов. Грустный юморист еврейский. Только напрасно сравнивает его Халиф с Вольтером и “крокодилом”. Светлов – не кусал. Знал, что зубы выбьют, на которые работал, чтоб чего положить. Переживший Гренаду и не дошедший до своего “Дон-Кихота”. Не Радек, политических анекдотов не слагал. Так, острил. Вбегает к нему домработница: “Михаил Аркадьевич, Ваш сын выпил чернил!” – “Пусть закусит промокашкой.” Домработницу, однако, имел, хотя никто не помнит – написал ли он что между “Гренадой” и неопубликованным “Дон-Кихотом”.

Может, и я полюбил бы его, если б встретил. Но был он всю жизнь – примерным обитателем Скотского хутора (не мычал, так – молчал) – а за что же платили? А острил – в кулуарах. В кабаке ЦДЛ.

Зло – не в нём.

 

И второй – Эренбург. Автор “Люди, и годы, и жизнь” /ни людей и ни жизни – ложь, страшнее того – ПОЛУПРАВДА/:

“Он смотрел на меня заметно мигая глазами... Не в меру влажные – они мертво тускнели, устало перебиваясь безволосыми веками. Будто мигая он сбрасывал увиденное в подглазные сморщенные мешки. И снова впивался в собеседника белесыми зрачками. Досасывая остатки. Опять темнели глаза. И опять становились молочными...” /стр. 181/

Это лица?

Такими их видели. Плешивых, седых, чисто выбритых (на весь ленинградский Союз, вроде, одна борода – обгоревшая морда танкиста Орлова). И безглазых. Ибо – кто-то сказал, что глаза есть зеркало души. Где их мёртвые души? А проданы. Или пропиты с совести.

 

Что мог сделать Светлов? – скажем, спросят меня. Или Дар? Или проф. Е.Г.Эткинд? А – не быть среди них.

Так ведь просто!

И всё же мы рвались туда. Кто-то, то ли Седых, Женук ли, Сергеев-Рафальский в какой-то статье – упрекали всех нас, кто не ЧЛЕНЫ – в обиде и зависти, что пусти нас к тому же корыту, мол – тоже стали б такими! Что же, правильно. Только не стали. Не купили ли нас, или мало давали, или, просто – пинком, – ВСЕ МЫ ШЛИ НА ПАНЕЛЬ. Шли и лезли, ломились в Союз. Слава Богу, не приняли многих.

 

Не тащил ведь никто Маяковского – волоком – к Гиппиус! Добровольно Есенин в салон к ней ходил. Но Союз – не салон. Союз – это организация. И на собрания – положено ходить. Разве – смыться, сказавшись больным. Но со ВСЕХ ведь – не смоешься !

Есть в Союзе свои стукачи, боссы, бонзы, изгои и парии.

Но корыто – одно.

Как же есть, не запачкавшись?

Может, просто – не есть?

 

И идут по страницам Халифа – алкоголик Олеша, дворник Союза (не член!) гениальный Платонов, Кедрин, Ксюша Некрасова – светлые пятна.

Рассказывали мне такую историю. Когда Марина Цветаева мыла посуду в писательском доме в Елабуге – приходил к ней Асеев. Она отдавалась. Чтоб дочку кормить.

Не душой торговала – но телом!

Сколько писатесс этим местом путь себе в печать прокладывали! Голливуд, да и только! Если б только...

Торгуют душой.

 

Я не рецензию на Халифа пишу, я его переписываю. Слово в слово.

Почём там слова?

А словам – нипочём. Ведь слова – бессловесны. Пользуй их, как Марину Цветаеву – всё равно не покончат. Не сотрутся, но запах... Есть запах у слов!

Пахнет проза Халифа. Пахнет словом советским, впервые УНЮХАННЫМ. Страшно слово советское. “Гражданин!... Сразу слышишь – ВНУТРИ, НЕ УШАМИ! – ... Пройдёмте!” Так цепляется слово за слово. У Халифа. “Да не в коммуне остановка, а – кому не остановка?” /стр. 66/ Анекдотом пахнет слово (бригада носильщиков “Кому нести, чего, куда?”). Не союзом, а улицей. Юзефом Алешковским. (Читай “Николай Николаевича”, милый читатель!) Пахнет Сибирью:

“Пьет вздорожавшую водку нивх – представитель вымерзшего или вымершего, как мамонт, народа.” /стр. 129/.

Пахнет стеной и застенками:

“Сколько же их! И красная когда-то, кремлевская, уже вполне почерневшая от захоронений самых первых бессовестных. И великая китайская. И заминированная берлинская... И бамбуковая, вьетнамская...” /стр.189/

Слово – ёмкость. В которое максимум влить. Слово – максима. Форма поэзии. Анекдот.

Анекдот? В лучшей статье в “Континенте”, в №1, Синявского – анекдот это самая ёмкая и неистребимая форма нынешней бесцензурной литературы. Пусть даже – попросту нецензурной. Цензуру – не вводит народ. НА НЕГО надевают цензуру. Там и... ТУТ. Даже в первую голову – ТУТ. Ибо – судьи-то кто? Импотенты. Им неприятно упоминание утраченных ими частей.

А без мата – ну ЧТО ты о Брежневе скажешь?

Молчу. Не пропустит цензура. Слава Те, мягкая. Царская еще.

И Халифа коснулась цензура (может, “само-”?). Но было: на стр. 40, о Музе:

“К кому же из нас она так зачастила, что хоть стой, хоть падай ... И РУКАМИ ДРОЧИ?” Опустили всё выделенное. Кто? Издатель? Халиф? Опечатка? Я ведь, можно сказать, в “самиздате” читал. Да ведь слово само “зачастить” – волокёт за собой анекдот!

Словом, чтобы Халифа читать – надо знать НАШ язык.

 

В фильме “Операция “Ы” и другие приключения Шурика” собираются Федю пороть. “Может, не надо?” – “НАДО, ФЕДЯ, НАДО!” Да ведь это ж Никита Сергеич Хрущов – Фиделькастре! Пропустила цензура. Анекдота не знали.

Мы же знаем, о как мы их знаем! Жить-то – надо ведь чем. Всё Светлова – “Гренадой”? “Бьётся в тесной печурке Лазо.”

Словом бьётся Халиф. Больно бьётся. Ибо – слово, машинка – оружие наше. Потому – запрещают одно, отбирают другую. Отобрали машинку на обыске у поэта Олега Охапкина. Этим летом. Ничего, от руки письма пишет. А я их печатаю. (И – опять – анекдот, анекдот...)

Слово стало двусмыслом. Хотя бы “товарищ”. Как сказал о фильме “Миллион лет до нашей эры” Саня Кольчугин: “Один товарищ с крылышками бабу ухватил и ...” (это о птеродактиле!)

Оживляется слово. Не пословицами Солженицына, из Даля вычитанными (это – каждый итээр у нас знает!), а – ПОЭТОМ.

Создаются пословицы. Переиначиваются. Резвится, резвится народ: “Слово не воробей, вылетит – посадят.”

А что же еще остаётся? Остается резвиться. Резвится Халиф. Юмор? Нет, не Светловский, беззубый. Юмор злобный, как зол – анекдот. Юмор, крепкий, как мат.

И – история “литературы”. То, что в хронике светской, скандальной, появляется тут – там молчат, в ротки водки набравши (набравшись?). Пьянь в Союзе стоит. И по пьяни – творится культура. Нравы, нравы... Балеринки Александрова, публичный дом при ЦДЛ... Враки, скажете? Пишет Халиф: “жён ... “отбивают” друг у друга (как Евтушенко у Луконина).” /стр. 44/ Перед тем – отбивают придатки у жён. Вознесенского помните? “Бьют женщину...”, в “Треугольной груше”? Текст этот носил до печати [в первопечати, в “Литературке”! – вспомнил. – ККК-2000] название “Купавинское шоссе”, и не “Сминая лунную купаву” было, а – “У поворота на Купавну”. Действующие лица – Галя Луконина и муж её, поэт Луконин. Кто Андрею Андреичу “выправил”? Полагаю, что сам. Действие перенёс в Америку. “ИХ НРАВЫ”. Выправил, полагаю, и строчку: “Стиляга, Чайльд-Гарольд, битюг”, одно забыл: “Изыски ДЕРЕВЕНЩИНЫ”. Луконин. Деревушкой от него – попахивает, что не преминул заметить интеллигентный Вознесенский.

За одним столом сидят, однако.

 

ВОТ ТАК – там все. От кормушки друг друга не отталкивают. Хлебают мирно. И выступать если вместе – ну, может, немножко покапризничают, но ведь – ПАРТИЯ ПОШЛЁТ. А они послать её – не могут. Потому что – родная.

И цифирки, цифирки... У Халифа их нет. А – напомнить вам Конквеста?

... Мама!, да это ему сообщил – Эренбург! По знакомым следам, полагаю. “Из 700 писателей, присутствовавших на первом съезде в 1934 году, только “может быть полсотни” дожили до второго съезда в 1954 году.” (Р.Конквест, стр. 593). И ссылается на Эренбурга. О котором Халиф.

Крепко подвырезали поголовье Скотского хутора. Но сколько новых напёрло! Уж десятками тысяч мычат. Пишет, не пишет Халиф, не упомню, но – знакомые игры: справочник Совписа раскрыв, ткнуть пальцем в страницу (надо бы – в харю!), и на имя – назвать пару книжек. Одну бы хотя. Но не выиграть, нет. И в Ахматову и в Пастернака уже не попадёшь, чтоб хоть что-то.

Вот, беру окруженье “телёнка”: “Овчаренко, Баранов, Кожевников, Матушкин и Поварёнкин...” – я их, что, подбирал? Хутор, хутор. Увы, не солживишь. Мычат.

 

2.

 

Мы же – мирно и мудро молчали. А на хутор заходили – из смежного вольного леса. Чтоб погреться и запахи кухни понюхать.

Ибо – с улицы мы. Из кафе, подворотен, подвалов, притонов. Где не судачки орли и запотевший графинчик, а – красное крепкое и плавленый сырок на закуску. Где менты, воронки и повязы. Ибо пишет Халиф:

Там, “Помимо богемы – ворьё, фарцовщики, алкаши, проститутки.” /стр.103/. И у них – уж не морды, а лица. Ибо – голодные, голые, гордые, горькие, рваные. Ибо – не “чечевичной похлёбкою” живы. Но – хлебом единым. А его – не всегда и хватает. Помажешь горчицей и – с пивом. Хорошо-то как, Боже.

Вот об этих и пишет Халиф. Или пишет – от этих. “Длинющий, тощий человек, незаменимый собутыльник... (Витя Хейф)”, “совбитник”, “юродствующий Евгений Вензель – уличный Меркуцио” и “юродивый монах Витя Колесников”, “кривой добряк”, “леди-скульптор” ... Кармен. ...Бездомное существо с жуткой и несчастной судьбой”. И десятки, десятки имен, описаний. Кто их знает, подпольный ГУЛАГ поэтический? Солженицын – не знает. Он знает – Твардовского.

Вот о них-то и пишет Халиф. Что они – не продались. Или их не купили. КАКАЯ В ТОМ РАЗНИЦА? – Не.

 

Треугольник, Литейный – “Аврора”, ДП, КГБ. (Две “Авроры” – журнал и другая). А соседство – ближайшее. Сотрудники ходят обедать на Воинова. В дом писателей. С... Да, с Ахматовой, Гнедич, Берггольц – вместо девушек. Дам. За соседним столом. И с мужчинами – Ойфой, Орловым, Абрамовым, Дудиным, Граниным, Даром, Поповым... Кежуном, Комиссаровой, двумя Воеводиными, Грудининой и Поляковой, опять же Поповой, Паниным. КГБ и писатели, словом, словами поэта – “Благословен союз меча и лиры”. Как в “Сайгоне” смешались – богема, ворьё, стукачи, проститутки, святые. Только, скажем, святых тут поменьше. Святых здесь не держат. Разве что – королеву, да пару юродов. Остальных посмешить.

И ведь верно сказал секретарь СП Георгий Марков в 70-х на съезде писателей, что в Союзе Советских писателей – 8 000 красных комиссаров. Правда, Дар – возражал. Пацифист. Сестрами же милосердия <(маркитантками?)> – дамы.

Дар и дамы – боролись за нас.

Только – проку? Ведь мы же мычать – не умеем. Так, дурными козлами орём. Да и запах – признаюсь, козлиный.

Мы ведь тоже скоты. Только – вольные. Голодно, холодно. Тоже манит кормушка. Тепло.

О козлищах и пишет Халиф. Агнцы (только не Божии), толстые, рунные – блеют славу волкам. Псам. Сосцами – наружу. Те – умеют сосать. Ну, а эти умеют писать. Так как надо.

Приехав на Запад – эти потсы получат посты. Все у мест.

Но на всех – нехватает. Этим – пост.

Попостимся, нича.

Нам привычно. “Запорожцев” – и там не имели.

Ничего, я живу. Благо, кормит жена, архитектор-уборщица. А Лимонов, Халиф, Худяков – на вэлфейре. Надо ж время – писать. Даже в сельские учителя математики нас не берут. Пишет Пушкин: “Изъясни отцу моему, что жить пером при нынешней цензуре – невозможно. Столярному же ремеслу я не обучен. Правда, мог бы преподавать четыре правила грамматики и арифметики...”

Знаю, был я профессором год. Снова вольный стрелок.

Как Халиф.

Я пишу о Халифе. О романе его. Или это – коллаж? Все коллажами пишут: Солженицын (ГУЛАГ), монологами (тоже он же, “Телёнок”). Алешковский, Лимонов, Довлатов. Милославский, Халиф. Ну и я.

Монологами или коллажами.

Будя, хором напелись! Но иные – поют, продолжают. Тянут ноту парижскую, либо московскую. Не писать же о них? О Халифе пишу.

 

А Халиф – о, козёл! Есть и грустная нота, однако.

Говорят, не горят.

“И самое смешное – рукописи, тайно отправленные им (автором) туда, исчезают... как в КГБ (эта книга, воспроизведенная заново, – тому примером).” /стр. 216/.

Знакомо, сынок. Знал  ли я, когда волок на подгибающихся с пуд рукописей (СТА ПОЭТОВ И ПРОЗАИКОВ, НЕ СЕБЯ!) мимо ментов в голландское посольство – что пропадут они в подвалах (Шинбета? МИДа?) благословенного Израиля? ТРИ года выбивал. Процентов 90 выбил.

Но я ж – не Солженицын. И остальные СТО – не члены, безымянные, но – наши братья по ДРУГОЙ литературе. Не ихней.

Но – СВОЕЙ.

 

Если, многимиуважаемый читатель, вам не захочется, по прочтении этого? этой? статьи? эссе? коллажа? монолога?, читать Халифа –

 

И НЕ НАДО. Он не для вас.

 

А вышел он – у Половца, АLМАNАС – Рrеss, РОВ 480264, Los Angeles.

 

Что в Калифорнии. С обложкой Бахчаняна, тож одного из НАС. Не членов.

Эстетика, поэтика – не их. Снаружи и внутри.

 

В качестве постскриптума прибавлю: обложка задняя (плакат – “Родина-мать” – держит, воззванием – МЕНЮ ЦДЛ...) – меня шокировала. В первый взгляд. А во второй... Что ЖРУТ там, в ЦДЛ? А – Родину же мать! Расписанную в блюдаж и разблюдовку (по русски же – меню).

 

О как там жрут!

 

К. К.Кузьминский

 

/7 утра 18 – 5 утра 19 декабря 1976, Техас/

 

 

ОПОСЛЯ:

статья отвергнута – Седыхом (НРС), “22”, “Эхом”, “Новым американцем” – а больше я никуда не посылал, я их послал.

 

ККК (1977)

 

... и “Новым русским словом”, 2-3 декабря 2000, к моей публикации стихов Халифа и о нём, к 70-летию.

И по сю – не по вкусу (и не по зубам). По вставным их...

 

... а мне ТАК – уже не написать: отгорел-перегорел, стал циник-медник, устал...

 

P.S.: ПИСМО-ЕМЕЛЯ ЛЬВА ХАЛИФА ОТ 1 АПРЕЛЯ 2001

 

“К слову об стихах – наткнулся на апорте на твою антологию, где тысячи имён и кого там только нет – даже блядь Наташа Медведева, не говоря уже о прочих блядях и товарищах – все, кроме меня, цитатка из “ЦДЛ” и весь Халиф, а ведь ты, пизда, знал меня уже тогда досконально и стихов имел по самую завязь – это как же понять? И чем твоя антология отличается от прочих советских антологий, где меня нет? Ты, конечно, скажешь что в будущие тома и так далее – вопрос – почему меня нет в этих уже известных томах?

Ты хочешь сказать, что и в остальных 7 меня нет? Или это уже не твоя

антология и кто-то без твоего ведома насовал туда даже Акунина? Старик, я не знаю в отличие от всех, кто знает уже 15 лет из-за кого туда не попали ни я, ни ещё какие-то 3 москвича, хотя Холина и Сапгира с Войновичем и Аксёновым и ещё, хуй знает с кем, – я там понавстречал и даже со счёта сбился. Да мне кажется там весь союз советских писателей в сборе. И потом где эти 9 томов? Я увидел только 2, но и этого мне хватило. Все свои стихи я выпущу в свет персонально и не под общим одеялом в коллективе, но вопрос чисто принципиальный почему я ещё раз вылетел из союза писателей уже здесь в самодеятельном его варианте? Или не ты составлял антологию?

То что ты насовал мой “ЦДЛ” мне известно. Он и без тебя вышел. И не раз. Я спрашиваю где стихи, которые я тебе слал немеряно? Что ты крутишься, как мондовошка и не можешь сказать прямо – почему мои стихи не включены в антологию и валишь на кого-то мол известно кто – неизвестно мне из-за кого они не попали в твою ебанную антологию, где все у тебя по городам, как жиды в черте оседлости. Я тебе про стихи, а ты мне опять про мою прозу да про Лимонова и Баха, которого ты засунул куда-то в Харьков, хотя всё что он делал сделано в Москве – читай сам в апорте и ты найдёшь там всех кроме меня и потом там русскими буквами сказано что ты составитель и ещё какой-то деятель (забыл фамилию). Плюс целая редколлегия, включая Лимонова. Так что ты можешь свалить на кого-угодно. Мне непонятно другое – изливаешь мне восторги по поводу моих стихов, а в свою сранную антологию их не включаешь.”

 

/БЕЗ ПОДПИСИ/

 

Послал емелей Халифа куда следует (не первый раз).

И не включу теперь уж. Включу это поэтическое писмо, вместо.

После всех своих статей-рецензий на Халифа (в большинстве неопубликованных и по сю).

 

/1 апреля 2001/

 

“Акунина, Аксёнова и Войновича”, за полной их ненадобностью – в моей антологии почему-то тоже нет; вероятно, Халиф покопался в сайте Виктора Максимова, “www.aptechka.agava.ru”, где помимо моей “голубой лагуны” – ещё так под сотенку современных авторов.

(методом дедукции – не халифа же спрашивать)

 

Лит-постскриптум от 2 апреля 2000:

 

From: Lev <Helius@ix.netcom.com>

To: Костя Кузминский <kuzminsk@ptd.net>

Subject: конец дисскусии

Date: Monday, April 02, 2001 3:33 PM

 

Сотри из своей злопамяти и компьютерной – тем более, все мои стихи и вообще забудь где-либо упоминать моё имя.Отныне и навсегда я знать тебя не желаю.

Что, гнида, схватили тебя за яйца и открутиться не можешь, жалкий ты человечишко, наконец-то, прорвалась твоя суть и вырвалось – не было меня в твоей графоманской антологии – и слава богу. На фоне того дерьма с твоим вкупе я бы, выглядел там, как алмаз в дерьме. Очень тебе было невыгодно чтобы я там находился (и это, кстати, не только моё личное мнение) и не вздумай потом мне звонить и каяться, клоун. С едва скрываемым чувством брезгливости

Лев Халиф.

 

– на старости лет халиф (келаф*) превратился в свинью (хазер)...

* “жреческий нож”, как он мне объяснял: которым, впрочем, свиней – не режут, некошерно

 

/2 апреля 2001/

 

P.S.-2004

… и, как ни в чём ни бывало – 3 года спустя:


Перестаскивая в новый компьютер архивы взял да и перечел тебя и стало совестно что ты не знаешь моих новых стихов (стихи-то я перетаскивал тоже) с удовольствитем адресую тебе, расчитывая на отклик. Дружески, Лев Халиф

ЦИФРЫ

23 года я жил в Ташкенте. 24 в Москве. В 2002 году исполнилось 25 лет как я в Нью-Йорке – не пора ли переезжать?

Давным-давно пора, – отвечает гадалка и вспоминает как "Титаник” столкнулся с айсбергом и стал антисемитом, а она, тем не менее, чудом спаслась, – и вообще, дорогой, если потенцию прочитать наоборот, то получится – "Яиц нет, оп!”.
Ну тогда спроси, как можно жестче:
„Ты любишь Родину?”
и я скажу – как десять тысяч женщин,
не прячущих под платьем двадцать тысяч ног,
один бы не сумел, но тут мне Бог помог.

***
 

Сапгир был Генрихом, как Гейне,
(такой же Генрих–Худяков)
Еще был Гимлер – тезка ейный,
С убойным ядом меж клыков,
Но этот хмырь что травился ядом
Был совсем не из плеяды,
Также как и Передреев,
Тоже не любивший всех евреев
(будто кто их любит, холит и лелеет?).
Вот Игорь Холин обожал евреев,
Поскольку был широких взглядов,
Вот этот точно был из той плеяды,
Или Анциферов Геннадий,
Все отдававший друга ради,
Как и смогист Губанов и Басилова
С вопросом вечным – не хотите ль изнасиловать?
Как ее сожитель бывший Нолик,
Ставший для нее вдруг Ноль.
Как давно это было, коли
Ныне все они перегной.

Всяк живой их ныне старше,
Покуда сам как вкопанный не встал,
Не успев удивиться даже,
Почему он жить перестал.

Опережающим время тяжко,
Особенно когда оно в обтяжку
И ты, как спортсмен в трико,
Это только кажется что в нем легко.

Вот опять кого-то забили...
Но поэт живуч, покуда не забыли.

ПАТИНА

Патина шедевров старых,
потемневших и когда-то русых,
патина – любимица антикваров,
скрытая патетика их вкуса,
их вечное – ходи и смотри
и пожимай руки мертвым,
патина это времени грим
в музейной гримерке,
схваченый налету...
Патина – 
Это тело твое под платьем,
потому-что любая одежда
старит твою наготу.

***

Есть Парнас
И есть парнус,
Тоскующий по кушу.
Но имеющему вкус
Парнус не по вкусу.

***

Он гол,
Как сокол.
Она голая,
Как лошадь.
В данном случае они
Претендуют на жилплощадь.

***

Тающий цвет пломбира,
Наконец-то утро окно пробило,
Наступить изволило –
И понеслось,
Гикнули небесные извозчики,
Помянули мать свою
И разлетелись врозь.


ЛАО-ЦЗЫ

Однажды Лао-Цзы приснилось, что он – бабочка, порхающая с цветка на цветок. Когда он проснулся, то задумался, кто же он на самом деле: Лао-Цзы, которому приснилось, что он – бабочка, или всё же – бабочка, которой снится, что она – Лао-Цзы. Подумав, он пришёл к выводу, что у него нет возможности получить достоверный ответ на этот вопрос, когда миром правят две силы – берущая женская – Инь с ее угрозой: попробуй вынь! и дающая мужская – Янь, когда она, конечно, не пьянь – именно они олицетворяют наш самый приятный поступок. И суеверный Лао-Цзы по дереву постукал.


 

… ну и что тут скажешь?…

 

(16 апреля 2004)

 

атт 2:

 

12 апрелю 04

 

ася, милая

который раз уже – «берусь за перо», и – откладываю…

при всей моей неизмеримой благодарности за то, что вы сделали (купно с помощниками, кои вам лучше известны) –

как-то не выписывается, не вытанцовывается (заколдованное место?) залежавшееся писмецо к вам

 

уж и подзабыты вопросы в оном, вашем, памятны лишь фотографии – удивительной академической красоты л.о. (понять вас не трудно) – самая которая меня сразила, фота…

 

да и что вопросы-ответы? – не на телевидении, чать

 

вычетом вашей книжицы моей (ноябрь-декабрь), да выставочки малой в нью-йорке, 12 декабря – остатняя жизнь протекала настолько бессобытийно, тихо, лениво – что и писать-то было не о чем

4 месяца – ничего

 

все эти месяцы я предавался лишь игрищам на ебае, накупив (большею частию, в долг) несчётное количество клинков

даже мыш уже руками махнула (хотя за свет-газ-телефон не плочено)

«это меня развлекает», говоря портосом

 

картинки друзей-современничков уже поднадоели

не говоря, что писано о них – ну, не томищи, но – добрый том

быв же послано туда, им – ими же ложится-кладется «в стол» и нанимают совков-искусствоведов писать о них же

(шемякин, михнов, левитин, виньковецкий, некрасов, даже – юра горбачёв «над статьёй моей о ком – плакала кристина-галлерейщица, в самолёте», помещена же в препонтовом каталоге – не была; каталог был дарен с нежными надписами)

богданова – отцензурировали (останин с киркой козыревым, которым вы трепетно – книжицу писем…)

и т.д., и т.п.

 

отчего наступает некоторое переохлаждение – в мыслях и чувствиях

 

вот сейчас, и вы, и лапенков (и геночка) – пишете о готовящейся «книге дара»…

а я – ЗАРАНЕЕ – в изрядной меланхолической просрации

токо сегодня писал зое (привожу-цитирую):

 

«… но когда ещё мой гонец в питер намылится…

а там и асю – по пушкину искать…

чё-то не пишется мне ей более: она тут замахнулась на ДАРА – а у деда были писма покруче моих…

боюсь, окошерит она буйного старика…

всё хочу выговорить – СВОЙ раздел в книжке, хоть 1-2 странички, но – без цензуры

а так – даже писать о д.я.даре не хочется…

 

вот, включит ли ася такое: (…)

 //включила! См. книгу «ДАР». СПб: 2005. – прим. В.Л. //

или – сделает «отрезание»?..

ведь такое – я – пустил бы и НА ОБЛОЖКУ

чтоб всякая сволочь, у люсеньки – в ужасе бы бросала книгу в зад, на прилавок

 

но ася рвётся «восстановить доброе имя» дара (как напекла пару книжечек моей ранней бесполой лирики (и к тому же, ХУЁВОЙ, на 90%)

чтоб читатель «понял» и воспылал…

 

поэтому у меня и руки опускаются, и перо (всё остальное давно уже висит)

а мне самому – книгу о даре не поднять, сил уже нет

хоть и достал мне влапенков даже – «господина гориллиуса» (1941), а сегодня и коля николаев из отдела редких книг предлагал…

 

дара надо составлять – по частям, по кусочкам (методом д-ра моро): слишком двойная (тройная, четверная) жизнь у него была

я-то весь (за вычетом ПИСОМОГО, но и это проскакивает) – в писмах

а у деда было много чего всего невысказанного

да и круг его общения: абрамов, астафьев, не говоря – за веру панову, жену, сталинскую лауреатку… (а начинал ведь – при мандельштаме, при ахматовой… с пастернаком и зощенко, и чорт те кем…)

я-то могу рассказать – только О НАС, об учениках его…

 

но ася – человек смелый, как все любители-непрофессионалы: и редактура, и текстологическая работа, и комментарии – им всё по плечу

а я уж корнеплодия чубуковского в академическом некрасове – уличаю в неграмотности…

да и многих пушкинистов – могу…

 

дара – могли бы сделать совместными усилиями токо влапенков, эрль и мейлах (ну и я, комментарием-отсебятиной)…

но ася опять наберёт энфьюзиастов по знакомству, и …

 

вот потому и не могу ей отписать: не поймёт, обидится…»

 

пишу, однако ж…

 

писма ведь я вам – писал «не для печати» (хоть и никак не возражал против оной – ТАК ЖЕ и Дар, зная меня – знал, что я напечатаю всё им писомое, ПОТОМУ И ПИСАЛ…)

 

но вы же ортодокс, ася

вы и журнал «звезду»/«неву» и гнойную вонючку гордина – за ЛИТЕРАТУРУ почитаете

я же – не токо – за сортирное чтиво

(хотя там у меня – любимый православный календарь мартьянова – который, кстати, стрелял в ленина, но промахнулся…)

 

Дар – не я

у старика СТОЛЬКО было в прошлом (до нас), да и прошлое-то было – не наше, люмпен-богемное, с выпивонами по кочегаркам и лодочным станциям…

у нас-то было всё – просто, всё – как на ладошке, однозначно

ну, пили-трахались, ну, писали – заведомо «в стол», для друзей лишь

тот же МОЛЛОТ*, мой учитель – (опечатка, от «моллой» беккета) – уже не жаждет и не рвётся издавать своё – ЗАЧЕМ?…

 

дар же был не разбери-бери: внешне советским-детским, внутри – кондово антисоветским, и антисоциальным даже

ему юродством – приходилось скрывать слишком многое

и опять же: если мы – своих стукачей – знали наперечёт (ну, юпп, ну, петрон, тоже, может, постукивал) – то дар-то состоял в СОЮЗЕ СТУКАЧЕЙ поголовных

и сам, каким-то непонтным чудом, не сел…, но ведь на его жизнь – пришлись не только наши 60-е, но и ЕГО 30-е…

 

напечатать просто «письма дара», без изъяснения всей сложности этой фигуры – ну, книжечка, ну, публикация…

ведь я-то – ещё жив, и могу поспеть даже 2-3 книжицы своих тиснуть

а дар – поспел лишь одну, в детскую ладошку величиной (и толщиной), в израиле…

всё остальное было «недо-»: в каждой книжице его были крупицы сокрытые, то же:

«вот и старость пришла, а где же – мудрость?» –

в совковом издании, где мне б не пришло в голову и искать…

 

и плюс, боюсь, что от вас мне не выговорить даже 5 страничек «бесцензурных-безредактурных» (прямо, хоть вкладыш печатай…)

 

должен, кстати, отметить, что я так и не понял, в чём-таки заключалась работа: писма вам были посланы и на дискете, и со шрифтом, а последние я досылал по просьбе портнова – вовсе и в новых «окнах» – в сокращении оных? или что? и откуда там вкрались изрядные опечатки-пропуски-ошибки? (писал вам)

и зачем было делать – набор с набора?

в самом захудалом издательстве (и у меня в компуторе, за копейки) имеется программа OCR – которая свободно читает-конвертирует любые печатные шрифты (ну, иногда барахлит – с 3-4-ой копией машинописи, нечёткой)

после чего можно и купировать, и цитировать, и вставлять что хошь

 

но «митьки», на готовый бумажный макет роальда мандельштама (с какового делаются негативы, платы и т.д.) – долгонько морочили мне голову, что надо «перенабирать» – как им сказали в печатне, чтоб получить деньги ещё и за набор…

а уж с компьюторного набору (с 1987-го), на чём все мои писма – заморочка была только со шрифтом (и то, разрешимая: считать «осиаром» помянутым, делов…)

 

сашке свиридовой я когда-то набрал поэму «сапфо», на старой допотопной программе (даже – на демонстрационной дискете, что ещё усложняло!) – для точечных принтеров, распечатал

девушка её дважды потеряла (один раз просто выбросила в мусор, озверев), а когда собралась печатать-издавать – опять ко мне, 10 лет спустя

пришлось найти дискету, одолжить у соседа юлика примитивный принтер, распечатать, после чего – сосканировать этим «осиаром» набор и перевести его в обычные шрифты (и вычитать корректуру)

ну, заняло это у меня – дня 3

поемку девушка тиснула в москве, выразив благодарности – почему-то, мыши

а я ведь не печатник, и к издательским делам – ни сном, ни духом

просто приходится

и я не делаю из этого культа

 

и дневников на эту тему не пишу

 

а отзывы…

из полудюжины тут копий, вами прислатых – ну, немедля молоту (но он мне ничего нового сказать не может, за 45 лет)

ну, гарику элинсону (да ещё, транзитом – через поклонника илью басса, чтоб и он прочёл)

но: великий херр нуссберг – промолчал

миша левин (первоиздатель венички и спаситель антологии) – тож, как должное

врач саша аронов (спасавший меня неоднократно) – промолчал

преклонный горфункель – всё ещё «пишет»…

так что всё знакомо

 

ипиграмма лихтенпферда – плоха

 

а джордж гуницкий – написал тут восторженную рецензию на 2 диска анри волохонского с «аукцыоном», я её похвалил

всё как-то слишком повязано…

стихи его – гляну, без проблем

 

за эпиграфы-цитаты – большое спасибо г.а.

 

чушь, отрывок из поемки – о шварц-кривулине – ничего бы не «заглушил»

но тираж АКТа – 300 экз. (и, в основном – по поэтам)

кроме того, меня там печатают безкупюрно

 

соловьёв/клепикова – нежные друзья: кушнера, довлатова и Ко

вот их и обсирают

«умная сволочь» – это как бы антитеза – ну, к толику михайлову, идеалисту до идиотизма:

(«мне даже пук довлатова приятен!» – «а мне нет», ответствовал я)

к сожалению, с.волковы и своловьёвы – это умная, хитрожопая, право-либеральная совковая сволочь (как и гордин, и арьев – увы, и все там гранины-пановы, одного семени-племени)

уверяю, с ними куа как есть «о чём поговорить» – но стоит ли мараться?

бродский-довлатов (кушнер и Ко) – считали, что стоило

(опять же, глядишь – и поспособствуют, связями)

одна лавочка

 

и какой там, к дьяволу, асенька – «второй том»?

и этот-то – чудо, вами сотворённое

 

о внучках – и не поминайте боле

может, к старости писать и научатся – помимо записочек о «грядущем дне рождения» (не моём)

а писма под диктовку – к чему мне они?

на оба-два мои ноябрьские(?) писма – ни ответу, ни привету – апрель на дворе

 

мужайтесь там, асенька, опекайте л.о., радуйтесь каждому дню

мы фызычески – приближаемся к тому же состоянию

 

обнимаю вас и благодарю

 

непримиримый и неукротимый КККибальчич-Циолковский

 

… и кишечный дон-кишот

рассмеялся смехом жутким

и его большой живот

бунтовал вторые сутки…

(пост-уединенное)

 

PS: впрочем, великий херр нуззберг токо что отзвонил

3 месяца, за великой занятостью, читал «писма» в сортире

издаёт сейчас в москве брошюру о своих кинетических действах, с моей статьёй и фотами

напомнил, что в 75-м они читали мои писма из вены – всем коллективом

 

всё, прощаюсь, а то в конверт не влезет

 

ваш неизменно – ККК и Ко

 

От Лапенкова 27 мая 2004:

Дорогой ККК! Что у Вас нового-хорошего? Недавно созванивался с Асей Тигровной, она спрашивала о Вас и сказала, что направила Вам письмо. С Книгой - так: еще недавно АЛМ спорила о каждой строчке и стропалила меня готовить комментарии-примечания к текстам, а теперь, оказывается, все тексты уже в издательстве. Что именно и в каком окончательном виде - одному Богу известно. А я-то готовил фотографии и пояснения… но то ли она боится, что ее представлению Дара (ее собственному Дару!) что-то может угрожать (т.е. исказить задуманное впечатление), то ли Гена чего-то там обо мне наплёл, не знаю, но тон был какой-то холодный. Хуже нет, чем ДЕЛИТЬ общее достояние. Спасибо ей, конечно, сердечное, но - ежли по-честному - то позор всем нам, мужикам, что не сумели САМИ полного Дара и о Даре книгу издать (Асенька ряд его произведений заранее зарубила - мол, это уж вы в другой раз издадите). И это десятки покуда живых (пусть и полу-) учеников и протежеев!.. Вот погодите, еще бешенковские-беломлинские-катерли-и пр. нам не раз носопыры повытрут. Вымирает-опадает мужейная косточка. Сие, конечно, очень по-русски-совецки: неспособность объединиться, протрезвиться, скинуться, наконец. Андеграунд, блин! А кто сумел выползти на свет баблово-тусовочный, тот сразу же ненужный прах с себя отрясает. То во времена былинные, даровы, считалось, что продаваться западло, а ныне инако. Напротив, выбить чегой-то из чьей-то мошны - числится за героизм и умственную адекватность. Собственно, вся страна давно живет по лагерному принципу: ты умри сегодня, а я лучше завтра. Мне тут, кстати, недавно попались любопытные документы – кто-когда-сколько-на что урвал, припав к сосцам сцедрого Сороса. Я сканирнул несколько листов для истории: тут много знакомых имен, в частности - Африка (20 тыс. баксов), Флоренские (столько же), Белкин - 5 тысяч на создание «серии объектов, посвященных взаимоотношениям людей и насекомых» и т.п. Так что может я и поторопился мужей в культур-музеум сдавать: ще не вмерла, не сгинела…

Я, впрочем, 20 последних лет сидя в своей башне из мороженных мамонтов на рыбьем меху, не слишком в курсах, что там происходит на культовом фронте. Вот, иногда Гран заносит какую-то весточку (лет 17 ни слуху, ни выдоху, а тут почти зачастил: неужто я - в его глазах - в люди выбился?). Рассказывает, будто Берг и Крусанов настроены как-то уж больно пессимистически (а, по-моему, так дурят они его, бедного), что ныне из всякой приличной тусовки гонят Беломлинскую коленкою под жопу (и поделом: не пой акафисты, манда, ты нашей властной вертикали!).

Ей-богу, завидую я вашему непуганому могиканскому заповеднику: старею, изностальгировался по семидесятым, когда все было просто и ясно, где дар, где свобода, где что, где люди, а где насекомые. Не то ныне. В плане глобализма-цинизма-американизма здесь модно и современно быть много роялистичнее западного «короля». Как говорила керроловская королева, нужно очень быстро бежать, чтобы хотя бы остаться на месте. А это уже - к молодым (Вы там - а жаль, что не тут - очень удачно и вовремя, прямо как Дар, сумели организовать свой environment).

Что-то меня совсем на ворчание понесло. А то: в Питере год за два идет. Недавно читаю в Литературной России: упомянули - с бодуна знать - мой день рождения, уложив - календарно - между Высоцким и В.Катаевым; легендарный, оказывается, автор, блин, хоть и среди сверхузких спецов (да ведь жив я еще, блядины дети!). А вот не печатают (наверно именно потому же). Звезда боится моих мемуаров, они теперь всего боятся. А я тут задумал добавить к оным с десяток новых листочков, по последним событиям-рефлексиям, и, м.б., впарить горячую парочку Ваших писем ко мне и моих к Вам, если не возражаете. А совсем недавно звонит мне некто - лично со мной незнакомый - А.М.Буровский (тот, который за Бушкова историю пишет), академик всех мыслимых академий, и предлагает мне создать книгу (месяца за два и тысяч на 800 знаков) по теме моей последней статьи - о Древней Руси и современных параноиках; см. на сайте Сетевая словесность. (Вы, сколько помню, бушковых-фоменков тоже читаете: уж не читайте, пожалуйста, эту шизу, лучше меня почитайте). Но что-то мне в голосе его не понравилось: какой-то такой холерически-быстрый, самоуверенный, цинично-деловой голосок. А я с неожиданности и неопытности подрастерялся, стал мямлить что-то косноязычно и сознался по-дурости, что я не профи, как вся их малина, а андегрунден и доморощен зело. Он мне еще успел, правда, дать свое мыло, но, видимо, потом передумал, т.к. на эмейлы мои не ответил. Потом, в Инете пошарив, я нашел статею о нем, как о склочнике и кидалове (названье забавное - «Шире, грязь, навоз ползет!»). Однако, поразмыслив, решил, тем не менее, и не спеша, конечно же, написать небольшую такую книжку сам по себе. Делать-то все равно не хер, а материала исторического и всяческих «-софских» аллюзий у меня действительно как грязи, все равно пропадают.

Ну, кажется, все выплеснул, звиняйте за старческое недержание.

От Грана приветы. Всех благ. Ваш ВЛ.

P.S. Посылаю последнюю фотку. Там меж нами Кирилл Бутырин сидит, бывший ред. Обводного Канала, а ныне переводчик пост-юнгианцев.

 

от ККК 27 мая 04

да, мон влапенков, володичка,

рассмешили

а то я как раз нахожусь в меланхолической безвременке (безысходности, безактивности и т.п.) –

даже асе, как девушке – ПЯТЫЙ раз принимаюсь писмо писать, на еённое лирическое, с взвизгами (где ничего ПО ДЕЛУ не понять)

а трифонову и ответить не смог, но он сам вчера звонил, лирически

 

что ж, девушки –

в 96-м ещё писал заготовку: как бывшие корректорши – стали редакторшами (и “сотворчихами”), на материале правок в юре милославском

для чего перлистнул с сотню книжиц – БАБЬЕ ЦАРСТВО (разве художник – мужик)

иссю, вроде, написал – но кому оно

 

возникать по поводу дара – не могу: не асю ж, с её энфьюзиастами-самодеятелями крыть?

что там «моего» – ася не изъясняет: «послесловие – ваше эссе «дар»…»

который вариант, что – а послать мне корректуру емелей, чрез портнова/гр.аркадьича – зачем же?

писма от аси идут – с 7 мая (приписка) до 21 ж – 2 недели, но и ей – поштой – стоко ж, месячишко туды-сюды

за месяц я от склерозу успеваю забыть – что, ково

 

да мне уже, честно если – даже в случае с даром – по барабану

написал вот в антологии, в 2А и 4Б – открыто и искренне о старике, «кувшин» его привёл, иллюстрацийкой, да все (вроде) писма его мне набрал-поместил –

и мавра может уходить

 

……………..

 

вот, володя

а также меня позабавили «сосатели сороса», с фин.раскладами

белкины-хуелкины и иже

и про пиздюленьку не слабо

 

нет у меня, володя, «энвайрмента»

так, тусуется малограмотный молодняк – как ремеслуха у дара, не боле

живые-молодые, о болячках не говорят – наоборот, приносят фильмы, как прыгают с парашютом, шляются по всему свету

а что книг, кроме донцовой и перумова не читают – так оно и зачем?

 

о мнимуарах: прочёл сегодня принесённый газетный лист коровьей жвачки игнатовой – боле читать и не смог бы

да гнусненькие – девочки-димочки (хотя его абзац-другой о даре – надлежало б в книгу)

 

писма мои пользуйте как хотите, отчего ж

 

буровского/бушкова («русская атлантида») прочёл взахлёб пол-книги, хотя и раздражал сквалыжный тон историка – но факты, меня интересующие – оно есть

мазуры, лужницкие сербы, жмудь, «чёрная русь»…

и даже о русалках и снежном человеке нашёл

общаться (впрочем, как и с бушковым – рожу узрев на фото) не захотелось

бушков мастер поинтересней сорокина – про говно я и без вовы знаю (скормить бы ему его с ложечки, материализовав из всех книг!), а про сибирь – мне всё интересно

скупаю его подряд

 

что фоменко, что гилилов…

меня фантазии мало волнуют, я реалии люблю

 

на фото выглядываете вы несколько изможденно (особливо – при гране)

попытайтесь питаться

 

да, ася пишет (7 мая): «… книга мной уже отдана Гр.Ар. для набора. Но нет фотографии Алеши Любегина и Алексея Емельянова. И еще вообще непочатый край работы… После набора и распечатки книга должна поступить к Володе Лапенкову, он будет делать комментарии…»

так что, если не передумала – вы «в деле»

на что и надеюсь

 

обнимаю

держитесь

 

ваш ККК

 

From: "VLapenkov" <up12s632@omnisp.ru>
To: "Constantin C. Kuzminsky" <kuzminsk@ptd.net>
Sent: Sunday, June 20, 2004 6:28 AM
Subject: letter  

Дорогой ККК! Намедни удалось мне наконец посмотреть Вашего с Загданским "Васю" (на т.н. канале Культура). Впечатляет. И сразу же, конечно, мысль (помня и о Вашей давнишней идее) - сделать нечто подобное о Деде. Тут сложностей поболе - как-никак вместо картин всего-навсего пяток фотографий и только.

Мультипликация всего не решит (хотя было бы весьма забавно - вот Дед байкером по Сесесеру, вот на ослике по Св. местам, а то и стрелялку на Невском Пятачке с закадровым текстом из Восп. о войне). Но возможен добавочный киндер-сюрприз: под сенью Дар-темы пропиарить питерский
литандеграунд 70-х. Это был бы СУПЕРОТВЕТ ивановым-савицким-севрюгиным-бергам и прочим бухгалтерам с ихней табелью рангов. И, по-моему, достаточно интересно: реалити-шоу, где Вы демонстрируете свои 9 томов, я рассказываю о Даре, Холоденко и Шигашове, Гена о своих злоключениях (и о каждом цитаты из даровых писем), а Эрль, Кудряков и Горбовский живьем читают свои самые ударные вирши. Да плюс к тому бы - Васю Филиппова и Охапкина со стихами из желтого дома (тут зритель, забывший, что это такое, окончательно охуеет). За кадром еще любимые дедом битлы, джаз и т.д. и т.п.

Такие вот постмодернистские грёзы.

Возвращаясь к скушной прозе - издатель асин ни шаткий, ни валкий, да меня еще не будет в городе весь июль, только в августе что-то у нас прояснится.

Однако уже сейчас я мечтаю лишь об одном: СКОРЕЙ БЫ ВСЯ ЭТА ЭПОЖОПЕЯ ЗАКОНЧИЛАСЬ и родилась хоть какая-то "мышь". Нервы давно уж не те, чтоб лишний раз спорить с хозяйкой за суть. То, что именно ее экземпляр даровской прозы сакрален, какие бы в нем ни были пропуски и опечатки, а все остальные экземпляры (включая иерусалимскую книжку) профанны, это - пусть. Мне доверена работа по поводу разночтений, но не могу же я в примечаниях заявлять протесты и ругать сам подход к делу - странное вышло бы издание.

Нет, это пускай, повторюсь, это бог с ним, но вот другая напасть - дозвонилась она до вдовы Емельянова, Музы, та ей чего-то напела - и теперь фотографии человека, предавшего и фактически убившего своего учителя (которому он всем - социально и духовно - обязан), будут красоваться РЯДОМ со всеми нашими. И с этим, стало быть, надо смириться, губу закусив. "А где документальное подтверждение? - заявляет мне Ася. - У вас нет текста того письма Емельянова Дару!". Так все знали из близких, отвечаю, Холоденко знал, Любегин признался, а у них прекрасные, в отличие от моих, были отношения с Емельяновым... "Любегин сам нехороший человек, - Ася. - Ему верить нельзя. И не имел он права об интимном письме вам рассказывать. И нет у вас доказательств. А у меня есть статья, где Любегин назвал своим учителем Горбовского, тем самым смертельно обидев Дара. А Емельянов зато(!) кончил трагически /совесть заела/, и время тогда было такое, вы не знаете /где ж я был-то тогда?/, и Муза с горя спилась... Вот будете издавать СВОЕГО Дара, там и печатайте все, что хотите..." И т.д.
Ладно уж, не обессудьте, что напрягаю Вас нашими мелкими дрязгами, других, увы, пока нет, а поплакаться в жилетку (виртуальную) больше некому.

Всех благ. Ваш В.Л.

 

от ККК 25 июня 2004

мон влапенков
а стоит ли так нервно
всё одно никто (НИКТО) не сделает ни фильма, ни СЕРЬЁЗНОЙ книги о Даре...

там - сплошная инвалидная самодеятельность, с хлопотами и визгом
привезли мне тут 3 фильмика донского (заслал шуню дышленко отснять моих инвалидов): эрль, гаврильчик и ася... по полтора часа (из них час с
четвертью пиздят донской и оператор)
на эрле - гениальный кадр (один), на гавриле - один же рассказец...
ася... школьная училка, что спросишь с неё
писма я ей - писал, но О ДАРЕ - это уже работа
не могу добиться ни у неё, ни у гр.арк.иоффе - ЧТО за тексты мои имеют быть помещаемы в книгу...
те, что я ДВА? ГОДА тому - слал вам?... я же ж ведь уже и не помню...
в писмах - идёт сплошная лирика, с придыханиями
в фильме - "о вкладе в культуру"... (моём, бля)
при слове "культура" (в совке, нынешнем) я хватаюсь уже не за пистолет, а за автомат калашникова (или лучше, мой пулемёт максим)

у меня тут проблемы с федей, хорьком - совсем одичал и от рук отбился, живя в гараже - а в доме его гоняют лиса алиса и кот базилио, чау-чау с балинезом

на старости (а я постарше вас буду) - у меня сплошной цынизм и миланхолия

приглашают в питер, но - кто? гнилая и гнойная тусовня с пушкинской – овчины и петроны, ковальские-вальраны, товарная тварная нечисть
конечно, не поеду (послал им: "спасибо - НЕТ")

и с асей мне воевать неохота, училка - она всегда права (имел матушку,
заслуженную и орденоносную - и в америке, писмами - меня жить учила)
"но бойтесь тех, кто скажет: я знаю, как надо", галичем...

мне б с МОИМ бы текстом разобраться (и с фотами деда - ВСЕ они в антологии, 2А и 4Б, ася их лицезрела)
а про ельянова-емельянова - я добавлю (помесь петра и иуды), где-то текст у меня - по книге кухарки пановой, серафимы юрьевой, валяется - там и о нём, по имени лишь
так что я загодя меланхоличен, володя
вот всё роман свой добиваю - девушка-сокол с ноября тянет, уж и деньги лежат
(проку?)

вчера андрей с женькой-оператором затрахали съёмками - после фильма "вася" сымают фильм "кося" (2 с лишним года уже), битый час снимали колокольчики бамбуковые и час же - ловили в кадр колибри... минут 5-10 я почитал старых стихов...
а и "вася"-то (на 50% "мой") - был сделан далеко "не так" (и это - лучшее,
из возможного - невозможного, но ставшего)
а уж фильм о Даре (с невской дубровкой, где полёг мой отец-художник,
командиром роты связи...)
хто ж ево будет делать?...
не гелька же донской - пиздодуй болотный и друг с 1961-го...
режиссёров "не выбирают" (как и родственников)

не берите в голову, володя
я уже ничего не беру - последние 10-15 лет...

всегдашний ваш - ККК

 

от ККК 30-31 августа 2004

Володя, дорогой

 

я пью, не просыхая, с апреля

надоело, остопиздело и остобрыдло всё

 

по словам самой асеньки майзель (на видео, май с.г.), моя кузинка перетаскала ей в рюкзаке – все 9 томов антологии

а там… только в томе 5А – 64 стр. славы гозиаса – о себе, о глебе и мореве, о ГЕРЕ САБУРОВЕ, двух семёновых, о Д.Я.ДАРЕ (и 2 писма его, 1980-го, неслабых)…

и в томе 1-м, и в 2А и 4Б, и чорт те где ещё, НЕ помню… но есть

 

сейчас а.л. спохватилась (по словам гр.арк.), что «надобно моё о даре из 2А»

потом спохватятся за 4Б…

 

а у меня, ежели честно, сил нет (физических) сканировать-вычитывать написанное и «опубликованное» четверть века тому уже…

открыл вот сейчас гозиаса – надо сканировать стр. 20-30, плюс, НАБИРАТЬ весьма неслабые 2 стр. его о даре (поскольку пустил в том – слепую машинопись славы, осатанев набирать – ещё и тутошних гениев, неспособных купить нормальную машинку, или хотя бы – свежую ленту…)

 

при том, что из проделанной работы – отберут «что потребно», какой-то процент (остальное – в корзину)

 

антологию – я набирал САМ (мышь – клеила), издатель же удосужился лишь перепутать страницы в трёх-четырёх томах, да загубить дешёвой печатней – немалостоившие фотографии…

 

вот и жду, когда мышь (уснувшая с недосыпу) проснётся и выдаст мне очередные 50 г, со скандалом

через час

(до ближайшей винной лавки – 12 миль = 20 км, пешком не дойдёшь)

 

лета, почитай, и не было: сплошные дожди

народец слабосильный и маломощный – компуторный нарко-молодняк – наезжал штабелями, в выходные 2 недели назад – 22-28 чел. тщились укласться ночевать на 4-5 койках

за всеми надо убрать и всех накормить (а добрая треть – идиотов-вегетарианцев)

за месяц всего было чел. 50-60, включая дюжину «старых пердунов» (по дару) – на д.р. мыши, 17-го

мне 64, а мыши на 3 поболе, ползает-кряхтит

ну пара-тройка туземцев-соседей, мирного племени, с данью-ясаком… (овощи, ягоды, яйца…)

да двух пацанов-казахов (19 и 21) привезли – работают тут в лагере, проезжая – увидели вывеску «БАНЯ»

поговорили за чокана валиханова, олжаса сулейменова (пришвина «белый араб» они не читали…)

 

устаю я боле всего – не от курицыных-быковых-басинских-горных-и-пр. (пусть сами себя читают)

а от беспросветки а ля «александр исайевич»

звали на фестиваль «пушкинской, 10» – послал на хуй

звонил вчера толя басин из ерушалайма – издают его «газаневщину», нельзя ли попользоваться от меня…

в серии «авангард на неве» – ни одной моей строчки, о моих друзьях: левитине, михнове, арефьеве…

зато – миша герман (братик алексея), карасики, дрозды, перцы, пизда катька андреева, сучка люба гуревич и прочая сволочь…

 

2.

 

ну вот, вчера «пожалился», ввечеру – и за ночь отсканировал всё, замонтировал главу «дар в интернете», сегодня набрал гозиаса – 5 вечера…

устал, как сволочь – дико…

 

но не оставлять же ДАРА – чертям-буфетчикам?…

 

вопрос теперь будет другой

за «вредактуру» (или цензурные изъятия нецензурного мата) – я и не говорю: «не позволям!»

насчёт же объёму…

мне проще – подкинуть а.л. половину (или сколько там?) стоимости печати книги (поскольку «на набор», при ГОТОВОМ, моём – тратиться не надо, равно и «на корректуру»)

но писать мне ей – активно не хочется: ахи, охи, вздохи (восклицания «гениально! замечательно! ярко!» – на полях графомана гуницкого, что ж тут – о гене…), сплошная лырыка, и ни ответу ни на единый вопрос…

ежели ж она похочет «сокращать-вредактировать» меня – то тогда – ну её, эту книжку, на хуй (в смысле, моё в ей «участие»)

САМ БРОШЮРОЙ ИЗДАМ

печатни ещё водятся

 

не светит мне это всё, володя – даже «ради Дара»

мне самому-то осталось…

 

так что, чтоб не лаяться впустую с трепетной асей – передайте ей просто мои «условия»-предложения

 

с гр.арк. – тож никак не отпишу: передаёт мне приветы от своего приятеля … серёжи макарова, патриота (ну, бля…)

 

раз уж вы завязаны в ету холеру (дар-ася) – тщитесь: вы – ближе…

 

3.

 

…вот, писмишко-емеля от ширали – с десяток строк жалоб, да в десятый раз повторяемая его «ебиграмма» на злобного топорова

топоров хоть писать умеет (не только – эпиграммы!), его «игру в классики» и «похороны гулливера» весьма ценю…

а ширушка – девушкам диктует, мемуары казановы – как тексты для антологии, в 75-м («принёс?», говорю – «не, я щас задиктую»…)

 

и от охапкина, днями – еле-еле напрягся ответить, на аж 2 писма каракулей, за пару месяцев – о том, что его в «звезде» обещают стишок тиснуть…

 

токо с ЕРЛЕМ и отхожу, душой

(но оне теперь – все в аронзоне… как в говне… моего там, явно – не будет, из тома 4А)

 

(да гран-борис написал тут весьма неслабое писмишко – курьей лапой, как водится за ним)…

 

время – ушло

 

вот потому б – и пустить Дара, всего – вплоть до свирского!…

антологию же ж – никто в глаза не видел, не читал

(кроме – толи басина, гондона-сидлинца, да исаака кушнира – сПОНОСора серии «авангард на неве», у них-то – есть…)

 

а «сократить» можно – за счёт «двух Б»: британишского и бешенковской-матки…

не убудет

хотя и эти гниды – НУЖНЫ…

 

а геночка трифонов… ему всё простить можно – за СТИХИ

(проза – ну, она «не мешает», в отличие от крусановых-курицыных-болматов, кому-то и она – в кайф)

ну не ЛИМОНОВ он, чтоб хуй – «хуем» назвать (и не плуцер-сарно, которому никак не отписать на объёмную ебистолу… с месяц уж)

 

…головка бо-бо (держусь лишь на вливаниях 40-градусного, каждые пару часов…)

не так уж ведь радостно – перетирать сказанное о Даре – 33 и более лет тому…

и никем не услышанное (как и он – судя по отзывам «ученичков»…)

 

4.

 

в общем, володя

асеньке львовне передайте мои «пожелания»-предложения

ежели надо вложиться – деньги найду

(в ноябре, на предложение «допечатать тираж» писем – я немедля достал 7,5 сотен. после чего, впрочем, выяснилось, что плёнки «уничтожены», и т.д., и т.п.)

как бы то же не случилось  Даром….

 

5.

 

ну вот и всё, пожалуй, володя

завтра кину вам все файлы

сегодня уже сил нет, и башка не варит

 

ваш ККК

 

P.S. еблиографию и даты – спрашивайте у кого, но не у меня

я этим не занимаюсь (разве – в юности, по футуризму, искомому)

с трудом помню, что мне – 64, а сколько остальным – не мне знать

(помню лишь, что вам – помене…)

 

обнимаю

ККК

 

ЗЫ:

потребовалась ещё неделя - домонтировать всяко лыко…

в общем, получилось около 100 стр. (ежели в пересчёте на шрифт 9-10, формат бумаги 7х9 инчей - вашей, тамошней)

 

влезут мои 100 стр. излияний, ай нет - ведомо лишь вам и асе

 

ежели придётся РЭЗАТЬ (что, как вы понимаете, мало желательно), то доверяю только ВАМ

в чём и свидетельствую

(ася, из трепетности - отрежет явно не то…)

при всей к ней моей любви…

 

как она вырезала из стиха строчки про шварц (в "писмах") - НЕ сделав, хотя бы прим., что они уже опубликованы в АКТе…

 

словом, хлопотно

 

надеюсь лишь, что у вас там тягомотина редакционная-составительская ещё продлится - вдруг да и у меня "всплывёт" что о даре… (как всплыло - о роке…)

 

покамест - мне важно лишь ваше мнение

ваше - потому что вы сечёте дара на уровне "моём"

(а остальные - перебьются)

 

ваш,

средне-трезвый, ККК

 

от ККК 09.09.04:

володя,

шлю вам вставку в "лену шварц",

которую мадам ася - явно "не примет"

и все фотки дара и меня

пока - в джейпегах

нужные - отсканирую профессионально

не забыть:

фото со сталиным - ККК и Г.Приходько, 1974

(остальные - просто Г.Приходько)

фото Б.Смелова - дату не помню (по моём отъезде?...)

все фотки - ПЕРЕСЪЁМКА А.КОГАНА (не забыть!)

пью не просыхая

не до игр

СОКРАЩАТЬ меня - доверяю токо вам (но не асе!)

ваш ККК, запойный

 

 

ПОРТРЕТ ЛЕНЫ ШВАРЦ – ПО ДАРУ И ПОМИМО

(привложение в лену шварц):

 

"Мне было 19 лет. Мы возвращались с двумя девочками из Комарово, где я читала стихи Давиду Дару. Он сказал, что я гений, потом выпили. В полупьяном состоянии мы ждали такси на стоянке у Петропавловки. Подошли двое мерзких молодых людей, один стал грубо меня лапать, я его предупредила, что, если он это повторит, я дам ему по морде. Разумеется, он повторил, разумеется, я дала ему по морде. Он почему-то ответил не мне, а моей подруге Нине, нежной и кроткой…"

(Елена Шварц, "Видимая сторона жизни", Лимбус-Пресс, СПб-М., 2003, стр. 41, тираж 2000 экз.; предоставлено, как всегда, Н.Р.)

 

я подождал… скажет елена шварц о даре ещё что-нибудь?...

елена шварц говорит о елене шварц

 

… что-то в этой гени(т)альной девушке зацикливается подсознанка:

“… но все кончалось тем, что все-таки он трогал, трогал и трогал. Это был фатум.”

(Е.Шварц, “Видимая сторона жизни”, Лимбус-Пресс, СПб-М., 2003, эссе “Трогальщик”, стр. 215)

 

вспоминается (1969):

на пьяночке у мишных-буковских великая начинающая поэтесса (22-х лет?) укушалась-ужралась в письку и сиську (как всегда, впрочем: см. также ант., том 4Б, в.лён, “день рождения стратановского”, устный рассказ, с магнитофонной записи)

сидит это несчастье меж двойных дверей, колени в подбородок, юбочка задралась до пупа, детские трусики…

пазухин помчался за такси, кривулин, ковыляя, сопровождает пьяную поэтессу по лестнице – “шубку забыли!…”

я несусь с искусственной мутоновой шубкой, накидываю на тощие плечики

“не хватай меня за груди!”

“так ведь – не за что…”

этого, полагаю, она мне и не может простить…

 

…я, впрочем, в отличие от её соучеников по клубу “дерзание”, к этому хроническому вундеркинду-монстрику – относился всегда скептически

 

в отличие от дара и кривулина (и а.л.майзель), равно и всех американских феминисток-слависток – я мнения о “гениальности” е.шварц не разделял, считая её истеричной напыщенной претенциозной дурой (эпитеты можно добавить), что – увы, не исключает таланта…

в последнюю встречу (2003) она сообщила мне, что “самым гениальным поэтом петербурга” является … несчастный вася филиппов

(и что она прочла – аж 4-5 стр. из 9 томов моей антологии, где поминается её имя и тексты, или её бывшего мужа, е.вензеля… остальных 100-200 поэтов и остальные – по грубому прикиду – 6-7 000 стр. она как-то не заметила… как, впрочем – и ося бродский…)

 

ещё мне очень нравится у лены шварц:

 

“… потом, с улыбкой ласковой и нежной,

он автомат прилаживает к паху

и нажимает спусковой крючок…”

(по памяти, эпиграфом где-то)

 

цитатами из неё обильно уснащено моё творчество…

 

“... А память плывет,

толстый уродливый грек

робко дитя растлевал

. . . . . .

папой просил называть…”

(Е.Шварц, “Грубыми средствами не достичь блаженства /Хоррор эротикус/”, 27 мая – 2 июня 1978, в сб. “Танцующий Давид”, Нью-Йорк, “Руссика”, 1985, стр. 51)

 

– и я о том же...

 

писано было, где-то в конце 80-х:

“… кривоногий кривулин в качестве гумилёва, истерическая лена шварц в ахматовской шали, и я – пузатым и бородатым максом волошиным, возлегающим на берегу совсем иного понта…”

 

(7-8-9? сентября 2004)

 

From: "VLapenkov" <up12s632@omnisp.ru>
To: "Constantin C. Kuzminsky" <kuzminsk@ptd.net>
Sent: Thursday, November 18, 2004 1:32 PM
Subject: letter  


Дорогой ККК! Давненько от Вас ничего не слышно. На свое письмо двухмесячной давности я не получил ответа и лишь теперь узнал от Эрля, что у Вас все, кажется, в порядке. И слава Богу. На нашем Восточном фронте пока без перемен. Книга сдана в издательство, но пока к верстке не приступили, вот-вот начнут, но когда будут окончательные гранки неизвестно. Геннадий вроде бы собирает манатки. Я слышал - в эфире - его звонок на "Свободу" на данную тему, после чего сам позвонил ему с соболезнованиями и он мне "всё простил". Вот до чего может довести литература!

Тут еще возникла интересная ситуация. На меня, прочтя мою статью "Виртуальная Русь", которую окончательно, как и меморий, заспали в "Звезде", вышел учитель и соавтор Вашего любимого Бушкова, Буровский (точнее, весной вышел, потом пропал, сейчас нашелся), у которого в Красноярске свое издательство. Предложил написать книгу. Не знаю, что получится, т.к. я минималист по природе. А интерес вот в чем: он, в принципе, интересуется всеми интересными авторами, кого можно напечатать. Я обещал навести справки.

Т.е. чистый концептуализм-формализм тут вряд ли проканает, но ежели у кого-то есть (или даже только намечено!) нечто читабельное, то почему б не попробовать? А то мы всю жизнь ищем, кому бы свои нетленки впарить, а тут и зверь бежит сибирский. Свою старую прозу я не предлагаю, т.к. она требует предварительного исторически-просветительского пиара, но не все ж такие  заумные авангардисты! Короче, не знаю ничего точно, лишь предполагаю, что публицистически-популярное, худ.-ударное и всяк скандальное предложить можно. И даже если у кого еще нет текста, но есть желание (идеи), тоже можно предложить. А что мы теряем? Как насчет вашего "Отеля"? Или иных  невостребованных проектов? Во всяком случае, если ни в Питере, ни в Штатах нет читабельных, но неопубликованных, авторов, то это уже настолько странно, что даже любопытно. Другой вопрос, что не столь уж много надежд заинтересовать массового читателя (и для-него-издателя), но наше дело предложить. Естественный вопрос, конечно, возникает в наш прагматичный век: а кто тут играет в альтруиста, когда дураки повымерли? На мой мало просвещенный взгляд, секрет в том, что сибиряки просто будут платить скупо (либо как-то попробуют финансово нажечь). В виденном мною договоре я обнаружил такую форму оплаты как "роялти в 7% от отпускной стоимости", выплаченной после реализации тиража. Честно говоря, я не знаю, а как принято у других? И спросить-то не у кого. Хотя в любом случае это наверно лучше, чем самим платить, как Ася Львовна.
Хотелось бы услышать Ваше умудренное мнение.

Будьте здравы. В.Л.

 

от ККК 19-11-04

володичка,

нетути у меня никакого мнения – за полным неучастием в печатном процессе

за антологию – издатель обещал мне (не контрактом, а в писмах) то ли 10%, то ли 14% (проценты в писмах разнятся) ПОСЛЕ проданных 250 копий

а ежели учесть, что том 1 был 600 (и не распродался), то остальные 8 он пускал уже по 500 (продаёт и по сю – с 1986-го!)

так что должен был я получать (по моим прикидам) – 1 доллар за стр. ручного набору (средняя машинистка брала 5-7 долл.), или – 10 центов в час (зарабоботок «четвёртого» мира…)

и тех я не получил – по причине иска шемякинской мондавошки, аркашки-фотографа, подавшего в суд – за собственный афтопортрет с голым хуем в томе 3Б (без расписки!) на 7 200 000 долларов

издатель откупился – где-то 20 000, а на мне ещё висит

(да и хуй у него подрос – молот говорит, что уже за 8, миллионов…)

 

2.

 

и хоть есть у меня книжица «писмо на деревню девушке…», лит.коллажик стр. в 600 – но от неё уже отказались:

сестра бандита ирина прохорова, НЛО

иванов, Ад Маргинем (да и в советниках у него сидят – мои враги Тупицыны)

захаров-АСТ, гусь ещё тот

 

предложить-то я мог бы – но обратно чёрная дыра (не говоря, что только при заверенном отсутствии какой-либо «вредактуры»)

помимо, порекомедованных афторов туточки – нет НИКОГО, кроме абсолютной графомани

да и вся она – уже давно тусуется в питере, «шудзонская нота» соломоши волкова – это ещё якимчук потщился сгрести всё говно по задворкам – в 88-м? – когда и тиснул ксероксом мои «пулемётные лепты»

сейчас они же – гандельсман, нестеров – издаются у ГрАрка, наряду с Даром…

прозу здесь пишет одна Ленка Лозинская, крестница Хвоста и крёстная мать Курёхина и БГ – но у неё и запросы – на уровне голливуда…

а гениальный Моше Винокур в Исраэле – опять, похоже, в тюрьме (прислал мне фотку оттуда)…

 

3.

 

графомань здесь опекает Саша Шкляринский, приятель Галушки – выпустил «ВСЕМИРНЫЙ день поезии» (не мене!), куда повербовал и меня, и анри с хвостом (допотопными текстами)

он же, к слову, посредничает на печатание моего роману

который роман – завяз и засох уже ГОД в руках у девушки-сокола, волонтёрши (предоплаченный!), по абсолютно непонятным мне причинам

в апреле была ей дадена – последняя, визуальная глава…

 

4.

 

так что бушков или пучков, буровский или жириновский – мне как-то без разницы

книгу мою «писма о русской поезии. и живописи» (и «писмо на деревню…») взялся ещё летом пробивать в академгородке вадик месяц, поэт и сын академика

новостей никаких

 

красноярск или минусинск – вот мне б в ТУВЕ найти какое издательство – но мои тувинцы-горловики печатных станков не имеют…

а с удовольствием бы: «Тува, 2005», изданьице

они тут год или два тому сидели у меня, любуясь тем самым лотосом, читая антологию вслух – раскрыв, как по наитию – поему «чрез берингов как чириков», о туве и саянах…

и кайголо-оол пел мне на мосту…

 

5.

 

асе вот отписал с натугой злобное писмо – боялся и слать – послал чрез еврейских девушек (зойку эзрохи)

меня её прекраснодушие и «ах! Ах!» повергает

«писма» мои – разбазарила всякой сволочи и в кретинские институции – а путину так и не послала…

(не говоря, что изъяла – упоминание о нём, в тексте…)

 

6.

 

так что не знаю я, володичка

гена звонился – может когда и доедет по лету, чрез шведов своих

 

грану на обширное (редкость!) писмо – с лета ж не могу ответить

токо эрль ещё «на линии», еженедельно, а то и часче

да зойка, злобствующая

что-то там пекётся в москве (ахметьев шлёт академ.книжицы – старика кропивницкого, улитина…)

да саша розенштром тщится обессмертить меня

 

7.

 

бал торгашей на костях в манеже – закончился

некрасов (приглашённый) рассказал экспозицию

да лариса скобкина, кураторша – прислала печатное

я их – послал подале (и ЖАРКИХ – тож отказался, из парижу)

из 7 отцов-основателей – «газаневщину» представлял вор и торгаш овчина, да лаконически-молчаливый сашок леонов…

мне там было делать – нечего

 

8.

 

на чём лирически прощаюсь

 

ваш ККК

 

ЗЫ: дедюлину у парыжи, тискающему брошюрки – посоветовал «самиздат» давать по нашему с вами основному текст- посмотрим

«поэтов-лауреатов» по «книге юных» - он тиснул безукоризненно (мишин-буковская – отказались)

 

такова вся ля ви…

 

ЗЫЗЫ: к Дару – нашёл неслабую цитатку у миши кулакова, том 2Б? – не помню, слал, не слал

Комп всяко полетел, не знаю

 

КККручёных

 

от Лапенкова  декабрь 2004

Дорогой ККК!

Чо деется… Не так давно состоялся концерт Хвоста на Пушкинской 10. Я хотел сходить, познакомиться очно, как-никак он единственный  (с Марамзиным) человек, издавший меня в сов-эпоху… Но не смог. А он возьми и помре. Причем узнал я об этом, включив Свободу и услышав по ней интервьё Эрлюши. А здоровье такое, что – при моей блядской мнительности – настроение полный швах.

«Дед» покуда не вышел из стадии набора в гранки, тишина. Сибирскому своему издателю я послал список интересных имен, но он не ответил. Правда, несколько ранее, в ответ на перечисление моих собственных ранних вещей, ехидно заметил, что я – В.Л. – мог бы со своим талантом писать для народа, а не для тусовки. И что есть такие люди – образно-обобщенно – которые 30 лет изучают волосы в жопе у слона и ничего другого не нюхали, а есть такие авторы, что 30 лет всё вспоминают, как это увлекательно было нюхать клей и убегать от КГБ, но у людей, не входящих в их тусовку, от тоски скулы сводит. Ну что тут возразишь: есть такая партия! А недавно я все-таки выбрался в свет. Тусовка собралась предельно большая, по нашим питерским меркам. 60 лет Стратановскому в музее Достевского! И весь бомонд (кроме Эрля и Кудрякова), человек 200. Кублановский рассказывал, как недавно в Москве, на получении премии Пастернака, Стратон начал читать своего «Суворова», а Пал Палыч Бородин (думаю, не надо объяснять, кто таков) закричал: «Хватит! Прекратите сейчас же!». У каждого своя правда. Потом (т.е. у Доста) – море разливанное халявных напитков. Это ж как стали жить наши поэты! Естественно, я, как типичный маргинал, не мог не нажраться на дармовщинку, так, что в итоге едва концы не отдал. Но то, что публику после стольких лет повидал, не жалею. А.Миронов, с которым я, поздоровавшись, упомянул имя Эрля, буквально отпрыгнул от меня с таким испугом и обидой, что я сам испугался. Не знаю, что думал Петя Чейгин, когда я, широкая натура, приобнял его за широкие плечи. Потом я наверное напугал беднягу Акулова, высказав пожелание повидаться с навещающей наши пенаты Ю. Вознесенской – думаю, он принял меня за сексота (вспоминая теперь уже выражение его глаз). Пьян был, не спорю. Иначе не стал бы усиленно хвалить роман Наля Подольского автору, нажимая на то, что он пишет явно лучше Марининой. То-то меня удивило, что автор как-то не слишком обрадовался моим совершенно искренним похвалам. Звягин, кажется, уже выжил из ума и в полном маразме, но супруга его за 20 прошедших лет абсолютно не изменилась. Как и Кадя Бартов, страшно обрадовавшийся моему дружески-фамильярному отношению, словно мы только вчера расстались. А на самом-то деле, когда он в 90-е разъезжал с Митьками и Драгомощенкой по европам, я мешал тормозуху с палёнкой в банной кочегарке. А сегодня, когда писатели уже никому не нужны, т.е. вернувшись в природное свое состояние, снова оные рады простому доброму слову и дареной рюмке. Думаю, я выглядел полным идиотом, особо когда чуть не приударил за разбитной бабулькой, Таней Никольской, вовремя, впрочем, сообразив, что подруга Черткова и Бродского постарше будет меня лет на 10-15, как минимум. Не зря, видно, меня фотографировал в разных позах Миша Берг, вероятно для какой-то своей стенгазеты («Они мешают нам жить»). Кстати, Эрль сообщил, что у Вас там с Дедюлиным какие-то забавные парижские издания, в частности, пионерские стихи Стратановского. С удовольствием бы почитал. Дедюлин честный фраер, хотя и полный……… Боря Останин уже читал Вашу Книгу Песен (в смысле – писем), точнее, пытался прочесть, но, по собственному его признанию, не одолел. Хрен их знает, какого рожна им надо. Мои нападения на энциклопудию они тоже всерьез не воспринимают, по-видимому, самомнение ихнее непробиваемо нашею мелкою дробью. По питерскому ТВ (и Эху Москвы) Лев Лурье неплохие передачки делает об андеграунде (для обывателя, конечно, но большего не стоило и ждать). В последней я узнал Ваше фото, где Вы переходите дорогу с Даром, но Дар аккуратно отрезан. Кем же, однако? Нетрудно догадаться: в титрах – продюсер и сценарист наш любимый Северюхин.

Вот, позлословил и кажется слегка полегчало.

Всех благ и здоровья. Ваш В.Л.

 

 

Переписка К.К. Кузьминского с В. Лапенковым (2002-2015)

фотоприложение

памяти ККК